Киве тоже все это не нравилось. Но когда они следом за Руком прошли через ворота, мимо ферм и дальше вдоль рельс, Кива начала догадываться, куда они направляются.
Рот ее наполнился слюной. Киве до исступления хотелось поделиться узнанной правдой, так что она потянула Наари за кожаный рукав и прошептала:
– Это яд.
– Что? – переспросила Наари, но затем быстрым жестом велела Киве молчать, так как к ним обернулся Рук.
– Не отставайте, – велел смотритель. – Нас все ждут.
Кива знала, что он имеет в виду всех остальных обитателей Залиндова. Интересно, подумалось ей, Типпа тоже отвели туда вместе с толпой, когда он возвращался в лазарет? Она могла лишь надеяться, что он нашел Мота или Джарена, а не затерялся в море дородных дровосеков или каменоломов. С другой стороны, Кива знала, что Типп может за себя постоять, так что она решила за него не волноваться и все-таки донести свою мысль до Наари.
Однако Рук уже заметил, что они отстали, и замедлился, чтобы идти с ними вровень. Кива взглянула на Наари и не увидела тревоги на ее лице: похоже, надзирательница не поняла, что Кива ей сказала, или же не осознала всю важность этого открытия. Надо найти способ все ей объяснить, да поскорее.
Но потом Рук свернул с основных путей и направился на восток, куда Кива еще никогда в жизни не заходила, и она поняла, что угадала правильно. Сердце у нее камнем ухнуло вниз.
Заброшенная каменоломня.
Затопленная смертельная ловушка.
Идеальное место для Ордалии водой.
Как и перед первыми двумя Ордалиями, стук сердца отдавался у Кивы в ушах. По сравнению с гигантской каменоломней, на которую они с Наари ходили две недели назад, заброшенная была куда уже, зато значительно глубже: рабочие долго ее разрабатывали, прежде чем люминий истощился. Назвать ее глубину наверняка было невозможно: сильные ливни и подземные источники сильно размыли карьер и наполнили его водой.
Кива даже не думала, что третью Ордалию могут провести в карьере: она вообще забыла о его существовании. За что сейчас неистово себя кляла, параллельно размышляя, что ей придется делать и поможет ли теперь зелье Мота.
Смотритель повел Киву на утес, нависший над дном карьера, и где-то на задворках сознания у нее мелькнула мысль: как же тут красиво. Вода с примесью известняка и минералов отливала кристальной бирюзой, а ее поверхность слегка блестела от остатков люминия. В летний денек она бы так и манила окунуться, но сейчас стояла зима, и в отличие от подземного водоема, где из-за тоннельной жары температура держалась на одном уровне, в карьере у выступающих из-под воды камней виднелся лед.
Кива не знала, что хуже: холод или то, что скрывалось под поверхностью воды. Подводные камни, брошенные рабочие инструменты, ядовиты минералы… перечислять опасности можно было до бесконечности.
– Шевелись, – Рук махнул рукой, чтобы Кива следовала за ним по каменистой тропинке. – Нам осталось пройти еще немного.
Кива старалась не смотреть наверх, на три с лишним тысячи заключенных, сгрудившихся по краям каменоломни и в ожидании вглядывающихся в воду. Предвкушение, витавшее в воздухе, было почти осязаемым, даже плотнее, чем перед Ордалией огнем. Волнение… Гнев… Отвращение… Зависть…
«Опасно, – предостерегающе завопил разум Кивы. – Опасно!»
Но у нее не было времени раздумывать о зрителях, тем более что от ужаса Киву уже начало трясти. Она знала лишь, что Джарен, Типп и Мот где-то там, в толпе, изо всех сил желают ей выжить. И возможно, волнуются даже больше нее, потому что они вынуждены смотреть, но повлиять никак не могут.
Где-то на полпути ко дну каменоломни Рук остановился. Они стояли на отвесном утесе, в пятнадцати или даже тридцати метрах над водой – из-за отрезвляющей бирюзы и ее зеркального спокойствия сказать точно было сложно.
– Кива Меридан! – Громкий голос Рука, эхом отразившись от каменных стен, вознесся вверх, к застывшим в ожидании заключенным и надзирателям. – Сегодня ты предстанешь перед третьим испытанием – Ордалией водой. Твое последнее слово?
Неужели Киву так и будут перед каждой Ордалией об этом спрашивать? Что она, по их мнению, должна сказать?
Но потом она вспомнила, что действительно хотела что-то сказать, и взглядом попыталась подать знак Наари. В ответ надзирательница почти незаметно пожала плечами, не понимая, о чем речь.
Время было на исходе. Кива повернулась к Руку и покачала головой, лихорадочно соображая, как бы ей урвать буквально пару секунд наедине с Наари перед Ордалией.
Рук даже не обратил внимания на то, что мысли Кивы заняты совсем другим, и перешел к объяснению задания:
– Обычный человек способен провести без дыхания под водой до двух минут.
Кива застыла, но Рук еще не закончил.
– Рекорд – полчаса. – Помолчав мгновение, смотритель продолжил: – Но это привело к необратимым осложнениям, от которых человек позже умер.
