Свобода вероисповедания, свобода слова, свобода печати, свобода собраний, свобода обжаловании и опротестований — вот гарантии Конституции.
В вопросе религии создатели Конституции руководствовались главным принципом: совесть никогда не принадлежала кесарю. Совесть принадлежит Богу. Никто никогда не определял этого яснее, чем Сам Иисус: «Итак отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу» (Матф.22:21).
Так сказал Иисус. Но не всегда так поступали люди. Очень многие кесари пытались насиловать совесть. Очень многие могущественные общественные и религиозные течения старались подавлять то, что им казалось инакомыслием. И что удивительно, их всех объединял общий подход к трем основным вопросам.
Во-первых, им казалось, что только они правы, а все, кто не согласен с ними, заблуждаются. Естественно, такие люди собирали вокруг себя немало единомышленников. Ведь трудно представить, себе диктатора, окружающего себя несогласными с идеей диктатуры, или инквизитора, окружающего себя противниками сжигания еретиков. Истории известно множество трагических случаев, когда большинство власть имущих заблуждалось, однако подавляло всё остальные мнения, не совпадавшие с его — пусть ошибочной — позицией.
Во-вторых, все гонители «инакомыслия» придерживались единого мнения о том, что их противники были движимы дурными, пагубными побуждениями.
К примеру, когда Томас Джефферсон пытался убедить людей принять участие в выборах и войти в состав правительства, противники демократии обвинили его в намерении свергнуть правительство и уничтожить религию. Редактор одного крупного уивверситета объявил его атеистом за то, что он призывал к свободным выборам. А слабонервные дамы Новой Англии прятали свои Библии под матрасы, опасаясь, что, если Джефферсон будет избран, он конфискует их.
Кажется, что такие крестоносцы были абсолютно неспособны понять, что человек, не согласный с их мнением, мог быть таким же искренним и честным в своих убеждениях, как и они сами.
Третье и самое опасное заблуждение этих мнимых стражей справедливости — убеждение в том, что свободу мысли можно ограничить путем преследований. Конечно, силой можно принудить человека не высказывать свою мысль. Несомненно, если поставить человека перед вооруженными солдатами — можно быстро покончить с выражением его мыслей.
Но Америка была основана не на таких принципах. Свободные люди могут свободно менять свои убеждения. Не под нажимом силы, а под влиянием веских доказательств.
Цепи, запоры или огонь могут изменить внешнее поведение человека, если он слаб. Но они не могут изменить его мыслей.
Возьмите, к примеру, Галилея. Когда он напечатал труд в поддержку теории Коперника, инквизиция сумела поставить его на колени и добиться от него отречения. Однако даже в этот момент слабости, по свидетельству очевидцев, он едва слышно проговорил: «А все-таки земля вертится».
Мы должны иметь убеждения. А человек должен быть готов защитить их честным, убедительным доказательством — словом и делом. Никогда не скатывайтесь к аморальной позиции, соглашаясь с «вашими» и «нашими». Имейте свои собственные убеждения. Живите согласно им и, если это необходимо, умрите за них. Но никогда не забывайте, что убеждения ваших соседей так же святы, как и ваши собственные.
Например, я абсолютно убежден, что земля круглая, что демократическая форма правления — предпочтительна, что семья является священным учреждением, установленным Богом, что истинная религия необходима и что Христос — Спаситель людей. Но у меня нет ни малейшего желания мучить, сажать в тюрьмы или бесчестить людей, имеющих другие убеждения.
Право человека мыслить иначе, — прав ли он или неправ — является священным законом, который надо защищать любой ценой. К сожалению, иногда самые ревностные защитники политической — свободы первыми готовы заковать в цепи свободу вероисповедания. Обратите внимание на следующее стихотворение:
Это и есть нетерпимость, окрасившая в багряный цвет страницы истории. Я убедительно прошу вас никогда не быть соучастниками в делах, прямо или косвенно относящихся к ограничению свободы совести в вопросах веры и морали. Почему? Приведу пример.
