Он не вошел в подъезд. Просто взлетел к десятому этажу. Вот окно кухни, вот балкон…
В груди слабо кольнуло: вдруг все не так, как ему кажется? Что, если там, за стеклом, он увидит гроб, а в нем себя, бледного и недвижимого, а здесь, снаружи, его душа в последний раз прилетела взглянуть на тело? Он с силой прикусил губу и чуть не вскрикнул. Нет, он не бесплотен.
Мягко ступив на балкон, он толкнул рукой дверь, но та оказалась заперта.
За стеклом была почти пустая спальня: ничего, кроме необычного строения посреди комнаты – двух неправильных пирамид. Они стояли, изогнувшись, и напоминали авангардистские творения Корбюзье.
Вадим посмотрел вокруг. Прежде у него на балконе стоял ящик, в котором лежали кое-какие инструменты. Почему Подсознание не сохранило их?
Он подумал: весь город представляет собой один большой скелет; нет транспорта, движущихся билбордов, рекламных щитов, мелких деталей в окнах и витринах, – все как сквозь землю провалилось. То, что осталось, – не более чем карта поверхностного уровня, выполненная в масштабе один к одному. Все, что тут есть – пространственные ориентиры. Город Подсознания – лишь некий территориальный эквивалент настоящего Киева. Чутье выдвинуло догадку: дома и улицы – это маяки; благодаря ним подсознание курсирует невдалеке от тела; улицы и дома служат для соединения уровней и пролегают там же, где и их реальные прообразы. Занятно, но как все это связать с его теорией о лучах, устремленных из некоего глубинного центра, и их проекциях на уровнях-плоскостях?
Не напрягай ум, подсказывало что-то. Твое сознание – в сфере подсознания, значит, твое личное подсознание ещё глубже, там, где находятся ответы на все вопросы. Скоро ты все узнаешь.
Вадим отвернул лицо и ударил в стекло локтем. Ожидаемого звона не последовало. Он стукнул сильнее. Опять ничего.
Расин оттолкнулся и, выгнув спину, прыгнул назад, завис в горизонтальном положении и вдруг с силой саданул ногами в стекло. Пятки обожгла боль, но стекло осталось целым.
Вадим плавно осел на перила, закинул ногу на ногу. Радость от ощущения всесилия улетучивалась.
Он посмотрел в окно. Фантастические строения внутри спальни манили, дразня странностью форм и красок.
«Там ответ… Там, может быть, ответ…» – нашептывал кто-то.Ключа от квартиры не было. Придется ломать входную дверь. Что, если с ней будет то же самое, что и с балконной?
Имелся единственный способ это узнать.
Он опрокинулся назад, полетел вниз, плавно кувыркаясь на лету.
