В свою спальню я влетела быстрее птицы, поспешно захлопнув за собой дверь. Я все еще опасалась, что меня могут увидеть. Понимала, что Ричард этого не допустит, что слуги просто так на этом этаже не появляются, что, даже вздумай кто подсматривать, магия меня надежно скрывает от чужих глаз, и все равно... Я не привыкла полагаться на магию, последние четыре года ее не было в моей жизни. Поэтому, защищенная с ее помощью, я все равно чувствовала себя беззащитной.
Остановившись перед кроватью, развернулась к двери, гипнотизируя ее подозрительным взглядом. Я только сейчас поняла, что что-то в нашем последнем разговоре было не то. Ричард пытался... флиртовать? Или мне это только кажется? Нет, все-таки, кажется. В предложении избавить меня от синяка не было никакого двойного смысла. И легкий тычок в спину, который я все еще чувствовала, был не более чем попыткой поторопить меня. Если Дик перестал быть для меня отвратительным тюремщиком и возвращается к нашей прежней манере общения, это еще ничего не значит. Вот только почему я смутилась, представив его руку на своем бедре?
Сделав пару шагов назад, с размаху упала на кровать спиной, заложив руки за голову и вперившись взглядом в потолок. Странные мысли в голову приходят. К возвращению прежних отношений с Диком я не стремилась, это однозначно. Вот только наше прошлое постоянно вставало между нами. И вряд ли я скажу, что это плохо. Просто из-за воспоминаний, солнечных, ярких, счастливых, я путалась в мотивах, интонациях, действиях. Я не могла вести себя с мужем, как прежде, но не знала, какую линию поведения выбрать сейчас, и в каждом его слове видела подвох, потому что, в отличие от меня, он легко вернулся к образу обаятельного, чуть насмешливого и очень родного мужчины.
По ступням что-то не больно ударило. Подтянувшись и забравшись на кровать с ногами, я осторожно выглянула за край. В том месте, где в изножье обычно стоит сундук или какая-нибудь банкетка, одна за другой возникали коробки, укладываясь почти ровными рядами. На стол с мягкими шлепками падали свертки, и всего этого было просто до ужаса много. Пока я широкими глазами обозревала внезапно оккупировавшее мою спальню картонное воинство, в комнату вошел Дик. Оценив мое удивление, довольно улыбнулся и приглашающее махнул рукой:
- Приступайте к разбору обновок, миледи. - А сам максимально удобно устроился на кровати за моей спиной, подперев голову рукой и ехидно глядя на меня. - В процессе ты можешь продолжить свой рассказ.
У меня не было слов. Обаятельный? Да. Насмешливый? Безусловно. Но как же мне сейчас хотелось в этого "родного мужчину" запустить чем-нибудь! Хотя бы подушкой! К сожалению, все они всё той же беспорядочной кучей, из которой я вылезла недавно, валялись на его стороне. А швыряться в него только что купленными вещами мне не позволило какое-то чисто женское чувство внутреннего протеста.
- Даже не поможешь?
Я слезла в кровати и уставилась на мужа, уперев руки в бока. Он окинул меня насмешливым взглядом и покачал головой:
- Свою работу касательно этих обновок я уже выполнил. Все остальное - на твоей совести. Лучше продолжи свою историю. Мы остановились на том моменте, когда ты вместе с каким-то недоразумением забралась в мой кабинет.
Я прошла к столу, задумавшись, что для одного человека другой может являться недоразумением. И, поменяйся мы местами и заберись в дом к влиятельному родственнику Тимми, недоразумением оказалась бы я. А ведь он, несмотря на свою глупость и слепую веру в выдуманные идеалы, был человеком. Для кого-то - сыном, для кого-то, возможно, возлюбленным. Но он бросился на мага практически безоружным, жестоко поплатился за это и превратился в итоге всего лишь в недоразумение. Которым могла бы стать и я, если бы сдержала стон.
Сев на стул, притянула к себе первый мягкий сверток. Я чувствовала требовательный взгляд Дика, да и сама понимала, что, чем быстрее я ему все расскажу, тем быстрее они займутся мятежниками, но никак не решалась заговорить. Все то, что происходило со мной три месяца назад и раньше, казалось теперь таким далеким, словно принадлежало другой жизни и другой девушке.
Из свертка выпала сорочка. Не белая, скорее, кремово-молочная, без изящных кружев и полупрозрачных вставок, отделанная по вороту и подолу лишь незатейливой вышивкой. Сорочка, предназначенная для дам среднего сословия, которые не могут позволить себе обратиться к портному и сшить всю одежду на заказ, которые покупают все это в лавках готовой продукции. Вот только мне было все равно. В определенные моменты жизни понимаешь, что кружева ручной работы - совершенно ненужная роскошь, и вполне достаточно того, чтобы вещи были удобными.