Выключив технику, пробежала глазами по уютному интерьеру домашнего кабинета в светлых тонах и, бросив взгляд на часы, поднялась и отправилась в столовую. По пути заглянула в соседнюю комнату, дверь в которую была приоткрыта.
Здесь всегда царил полумрак. Вот и сейчас шторы оказались приспущены, а свет лился из стоящего на полу торшера. Он ярко освещал лишь один мольберт — в центре комнаты, и художницу, вдохновенно легкими мазками работающую кисточкой на холсте. Все прочее — подрамники, эскизы и готовые картины расставленные вдоль стен мастерской — различались смутно, а оттого обстановка казалась загадочной.
— Лара, сделай перерыв, — позвала я. — Папа скоро придет, пора обедать.
— Иду-иду, — бездумно откликнулась дочь, увлеченно продолжая рисовать. На сером фоне проступали контуры невероятного существа, готового сорваться с обрыва вслед за падающей туда добычей.
Я точно знала, что уходить мне ни в коем случае нельзя — дочка мигом забудет о просьбе. Она человек талантливый, витающий в облаках, а оттого рассеянный. И с этим приходится считаться.
Потому так и стояла в дверях, своим присутствием вынуждая Ларису отвлечься от творческого процесса. “Ма-а-ам”, — простонала “заложница” вдохновения, но все же наконец оторвалась от своего любимого занятия.
В столовую мы спускались по лестнице вдвоем, вдыхая аппетитные запахи, разносящиеся с кухни. Приходящая домработница, услышав наши шаги тут же вынесла блюда и поставила их на уже сервированный стол.
Я за долгие годы семейной жизни готовить так и не научилась. Впрочем, это не стало проблемой, как и обещал муж. Даже со временем его позиция не изменилась.
— А Маркус еще не?.. — заволновалась я, не обнаружив любимого, и осеклась, услышав, как хлопнула дверь. Улыбкой встретила появившегося в прихожей мужчину. Высокого, темноволосого, но уже с проседью, не по возрасту статного, в черно-белой форме федеральной гвардии без знаков отличия. Лишь крошечная неприметная золотая звездочка на лацкане недвусмысленно намекала, что служба его относится к категории секретных.
— Катерина, — улыбнулся в ответ глава семейства.
Он размашистым шагом преодолел разделяющее нас расстояние, обнял меня, поцеловал. На наших чувствах годы не сказались, мы по-прежнему были влюблены.
Усадив меня на стул, муж опустился на соседний. Взялся за приборы и с нежностью посмотрел на дочь, которая вместо того, чтобы поесть, принялась набрасывать эскиз в крошечном блокноте.
— Лара, опять ты за свое? Хоть бы для приличия с отцом поздоровалась.
— Привет, пап, — послушно отозвалась дочка, с неохотой убирая в карман платья сделанную зарисовку. Наконец взялась за ложку и пододвинула к себе тарелку с супом. Вот только взгляд ее все равно оставался расфокусированным, словно здесь было лишь ее тело, а сознание где-то очень и очень далеко.
Она бы так и просидела весь обед молча, размышляя о чем-то своем, да только Маркус не позволил:
— Давай-ка сосредоточься и вспомни, куда мы хотели сегодня пойти? Или ты опять все прослушала?
— Помню. На стадион, там вроде шоу и будет выступать Филипп.
— Память у тебя неплохая, просто собранности не хватает, — Маркус наверное в сотый уже раз предпринял очередную попытку достучаться до благоразумия и амбиций дочери. — А ты по-прежнему против продолжения обучения? Может, все же подашь документы в финэк, пока есть возможность?
— Картины надо рекламировать, продавать, себестоимость рассчитывать, прибыль определять, — поддержала я мужа, хотя и понимала всю бессмысленность наших уговоров. — Тебе будет полезно, и статус гражданки получишь без труда.
— Зачем он мне? — безразлично пожала плечами Лариса, которая привыкла к тому, что ее опекают и к чему-то аккуратно подталкивают, и давно поняла, что лучший способ, чтобы от нее отстали — привести аргументы против. — Ты вон сколько лет живешь без этого статуса, и всем довольна. Я тоже так хочу. А творю я для души, а не ради заработка. В конце-концов, если когда-нибудь дойдет дело до продаж, так пусть мой муж или рекламный агент занимаются всеми деловыми вопросами.
В чем-то она на самом деле права. Я действительно довольна, жизнь моя сложилась благополучно. Все эти годы мне было чем заняться несмотря на отсутствие официальной работы. Обустройство дома — мы быстро сменили маленькую квартирку, на жилье, рассчитанное на большую семью. Путешествия тоже немало времени отняли. Иногда я помогала Марку в его секретных заданиях, играя нужные роли. Двое детей это тоже немалая нагрузка, они требуют немало внимания, особенно такие сложные как творческая Лариса и неусидчивый Филипп.
— Мужа еще найти надо, — засмеялась я, сглаживая нежелание дочери быть серьезной.
— А папа на что? Он же мой опекун. И забота о личной жизни подопечной входит в его обязанности, — отмахнулась дочь. Перекинула за спину темную шикарную косу, сверкнула голубым взором и напросилась на комплимент: — Или я настолько некрасива, чтобы трудно было найти жениха?
— Отбоя от желающих не будет — согласился Маркус и провокационно уточнил: — А если я предложу того, кто тебе не понравится?
