Интересно… Это получается, такая дополнительная защита. Вот Денсаоли догадалась, что речь идёт про солнце, небо и землю — и сознание тут же сказало ей, что речь о закате. И, небось, не пропустило бы иначе, если б я ей напрямую сказал ответ.
— А ты, что ли, догадалась? — спросил я.
— Конечно. Очень простая загадка.
— Да иди ты! — расстроился я.
Натсэ тихонько хихикнула, и тут повозка остановилась. Я сразу же отодвинул на задний план эмоции и философию, сосредоточился на деле. Пока Зован отвлекал извозчика, преувеличенно яростно торгуясь, Вимент стащил на землю холсты и с удивлением посмотрел на пустое место под ними.
— Мы тут, — тихо сказал я, слезая с телеги.
Вимент лишь молча кивнул. Понимая в нём было — на десяток человек хватит. Великий и талантливый художник. Он свернул все холсты в компактный рулон, сунул его подмышку и, взяв кисть, как бы случайно махнул ею. Я сообразил, что он куда-то указывает. Повернул голову.
— Мило, — заметила Натсэ.
Да уж, ничего милее в жизни не видел. На двери трактира висели наши с нею портреты, с подписанными именами и словами: «Разыскиваются маги. Вознаграждение. Внимание! Могут становиться невидимыми. Если вы столкнётесь с чем-то невидимым — немедленно сообщите страже при помощи ближайшей руны вызова».
Причём, явно плакаты появились только что, иначе в беседе наши бы сообщили. Значит, не видели. Быстро работают эти стражи. И рисуют неплохо.
— Останемся невидимыми? — спросила с сомнением Натсэ.
Сомнение было вполне понятно. В узкую дверь то входили, то выходили люди. Кабак процветал, жизнь в нём кипела. Пойдём невидимыми — тут же с кем-нибудь столкнёмся, пропала вся маскировка.
— Пачиму не далы мнэ заказ? — сокрушался Вимент, разглядывая наши портреты. — Я бы в шесть раз красивее нарысовал, и савсэм нэ похоже.
Зован, увидев, что повозка более не используется, закруглил свою торговлю, грозившую уже перейти в мордобой, рассчитался с извозчиком и, отослав его, подошёл к нам.
— Чего там?.. Ох. Ого. И как теперь?
— Да никак, — сказал я. — На свежем воздухе постоим.
МОРТЕГАР: Выходите наружу, встаньте кольцом, мы с Натсэ невидимы. Нас тут ищут.
Почти одновременно все отчитались о получении сообщения. Минуту спустя открылась дверь, и наружу, щурясь после полумрака, вышла Авелла в платочке, а за ней — Денсаоли. Они напоминали сестер. А следом вывалились наши рыцари, напоминая отцов… Ох, какая плохая ассоциация. Надо молчать, молчать, старательно молчать!
Ориентируясь на Вимента и Зована, которые были видимы, все четверо подошли к нам. Потом вшестером растянулись кругом. Вышло совсем даже и не подозрительно. Собрались знакомые, разговаривают. А то, что им иногда отвечает пустота, так то поди ещё выясни, специально не подкрадываясь.
— В общем, так, — начал я. — В городе стражи, которые нас ищут. К ночи здесь, скорее всего, будет Дракон — но это уже мои домыслы. В Святилище нужно пробираться до темноты, но там, внутри, духи Огня. Это Вимент, он всё объяснит и, надеюсь, поможет.
— Что за духи Огня? — удивилась Авелла.
Все, кроме Кевиотеса и Лореотиса, кажется, разделяли её недоумение. Кевиотес опередил Вимента:
— Порождения Пламени, — сказал он. — Внешне выглядят, как сделанные из Огня подобия животных, птиц. Могут быстро перемещаться. Людей, в основном, не трогают. Как мы поняли, они привязаны к определенным местам. Охраняют, или ждут чего-то. Но могут и рыскать.
— Торговец на рынке сказал, что в Святилище бегают дети, — заметила Натсэ. — Врал?
— Не думаю, — покачал головой Кевиотес. — У большинства духов нрав доброжелательный, игривый. Кроме того, они одним своим присутствием поднимают людям настроение. Речь, само собой, о простолюдинах. Магов они теперь уничтожают.
Тут Вимент, который уже давно порывался что-то сказать, вставил слово:
— Дэты — да.
Все посмотрели на него.
— Что вы хотели сказать о детях, господин Вимент? — спросила Авелла в своей очаровательной манере.
Вимент, внезапно оказавшийся господином, от удивления даже не сразу сообразил, о чём его спрашивают.
— А, — сказал он. — Ну да… Дэти ходат ыграт в Духов. Трое их там. Дытышек очень любят. А дошт нэт.
— Дошт? — вмешался Лореотис. — Это ещё что?
— Дождь это, — буркнул Зован, уже немного освоившийся с акцентом Вимента.
— Дошт, да, — закивал Вимент. — Когда дошт — савсэм грустный сидят, нэ шевелятса. Дэти их утешат ходат.
— И ты знаешь этих детей, — предположил я.
Вимент расплылся в самодовольной улыбке.
Я повернулся к Кевиотесу.
— Святилище вроде побольше того, что в Сезане. Вы ведь знаете его устройство? Какие там есть помещения, куда нам надо? Чтобы сориентировать детей, куда выманить духов.
Кевиотес выглядел недовольным. Он зыркнул на Вимента.
— Может мне кто-то объяснить, что это за чорр, и почему мы ему доверяем?
— Вименту можно доверять всё, что угодно, — заявил я. — Он мой старый друг, великий художник и щедрый добродетель.
