Авелла нервно засмеялась, но сама себя оборвала:
— Тут на самом деле мало смешного. Переверни страницу, Мортегар.
Я и перевернул. Тем же красивым и ровным почерком была детально запротоколирована стычка Авеллы с вышеописанными красавицами.
— Ничего себе, — пробормотала Натсэ.
И вправду, впечатляло. Девушки не только использовали с одинаковым успехом магию Земли и Огня, они ещё и проявляли сверхчеловеческие силы. Чего стоили, например, эти их прыжки метров на десять в высоту, или выживание после падения…
— С пятисот метров? — воскликнула Натсэ.
— Приблизительно, — педантично уточнила Авелла, ткнув пальцем в нужное слово. — Точно никто не замерял. Но они просто вскочили и сразу начали сражаться. Ни ушибов, ни переломов.
— «Мы сами — Огонь», — прочитал я. — Вот как…
— Так они сказали, я сама слышала, — кивнула Авелла.
Я почувствовал, как над моей головой Натсэ потянулась к Авелле. Да уж, мне тоже стало не по себе. Пережить такое… Хорошо, что никто не погиб. Нет, это не просто хорошо, это — чудо. А теперь мне придётся столкнуться с тем же самым. И не просто столкнуться, а…
— Натсэ, — оторвал я взгляд от страницы, — можно задать тебе один неприятный вопрос?
— Наверное, нужно, раз ты интересуешься, — пожала она плечами.
— Это насчёт рабского ошейника. Когда его на тебя надели, у тебя заблокировались магические способности, правильно?
— Не совсем, — покачала головой Натсэ, поморщившись от неприятных воспоминаний. — На магов нечасто надевают ошейник, как раз потому, что магию он не блокирует, и раб получается весьма сомнительный. Мне сначала поставили чёрную метку — вот она заглушает магию, даже магическое сознание. И её сделали «отсроченной», завязав на ошейник.
— То есть, — заинтересовалась Авелла, — какую-то свою функцию метка выполняла только когда ошейник снят?
— Ну да, самую весёлую, — усмехнулась Натсэ. — Извещала «изначального хозяина», что раб на свободе. Я потому тогда так быстро и сбежала. Боялась, что Магистр придёт за мной в крепость, и ты сможешь пострадать. Я ведь не знала, что ты сам полезешь в петлю. Если б знала — не убегала бы.
— Если бы ты не убежала, — вставила Авелла, — мы бы сейчас не были вместе. Наверное, всё к лучшему.
— А где можно достать ошейник? — продолжал я, не позволяя разговору скатиться в романтику. — Ну… Если быть точным: можно ли достать ошейник на Материке?
Авелла пожала плечами, а Натсэ сказала:
— Морт, ошейник — это просто полоска кожи и руны, вычерченные на ней. Достать — не знаю, сделать… Ну, я могу сделать, или могу научить тебя, как сделать.
— Можно взять собачий ошейник, — сказала Авелла. — И начертить руны на нём.
— Можно и так, — согласилась Натсэ. — А зачем тебе?
— Так, — уклончиво ответил я. — Есть одна идейка. Мы это сможем сделать до утра?
Натсэ, вздохнув, соскочила с подлокотника:
— Пойду поищу ремень…
Я как раз успел дочитать описание сражения. Чудовищная скорость, сила, безлимит на магический ресурс, огненный смерч… Впечатляло. Как и то, что магические удары по красоткам отжирали ресурс атакующего мага. Практически как тот самый туман в Дирне. И это была лишь малая часть того, с чем придётся столкнуться…
— Самое страшное в них, — сказала Авелла, когда я отложил записи, — то, что не попало в отчёты. Они улыбаются, дружелюбно смеются, совершенно искренне, но при этом убивают тебя. Это совершенно точно не люди. Ну, или люди, но с совершенно одинаковой болезнью головы. Мне эти улыбки будут всю жизнь сниться… — Она содрогнулась.
— Готово, развлекайся. — Натсэ вошла в гостиную и бросила мне на колени свёрнутый петлёй кожаный ремешок. На внутренней его поверхности виднелась замысловатая вязь рун Земли.
— И что?.. — Я взял ошейник, покрутил его, поднёс к горлу. — Просто надеваешь, и…
Натсэ подлетела ко мне, будто трансгрессировав сквозь воздух. Одной рукой сжала запястье, другой — горло.
— Это тебе не шутки, понял?! — прорычала она с неожиданной злостью. — Отнесись серьёзно. Наденешь себе на шею — станешь своим рабом навсегда, никто не спасёт.
— Да я и не собирался…
— Вот и не собирайся. — Натсэ отпустила меня. Я, морщась, потёр горло рукой. — Касательно твоего вопроса. Да, просто надеваешь на шею, и всё. У тебя в Магическом сознании появится запись о появлении нового раба.
— А разве не требуется согласие того, на кого надеваешь ошейник? — простодушно спросила Авелла.
Натсэ посмотрела на неё:
— Прости, что?
— Ну… — Авелла смутилась. — Ганла добровольно пошла в рабство. Тавреси. И ты…
Натсэ грустно улыбнулась:
— Чтобы законно продать раба — да, нужно в какой-либо форме его согласие. Потому что у тебя в любой момент могут спросить бумаги. А бумаги торговец подписывает только тогда, когда ошейник надевается в его присутствии, добровольно, и там ещё должна быть подпись будущего раба, или его представителя. Для открытых торгов торговец не возьмёт непонятно кого.
— Но ведь на тебя не было никаких бумаг, — вспомнил я.
— Были. Их забрала Талли, хранила у себя.
— А на Ганлу — папа забрал, — вспомнила Авелла.
— А Тавреси? — не сдавался я.
