— У него нет надежды остаться в живых, — пожал плечами Мардукас. — И он понимает, что Совет кланов никогда не пойдет на его условия. В такой ситуации остается одно — продать свою жизнь подороже.
— Вы очень хороший тактик, сеу Мардукас, — женский голос, раздавшийся словно ниоткуда, заставил всех вздрогнуть. — И никуда не годный психолог.
Аэша Ли молча просеменила от двери к свободному креслу и села. Ее сухие узловатые кисти замерли на подлокотниках.
— Вы только что видели, как он играет спектакль, имитируя убийство. А ведь он мог казнить коммандера Джар. Он стремится до последнего избегать жертв.
— Жертвы уже были. Пять человек убито ударной волной корабля.
— Случайные жертвы. Намеренно он пока не убивал.
— Значит, если мы попытаемся остановить поезд — он просто сдастся?
— Нет. Значит, он взорвет поезд вместе с собой, морлоками и пассажирами. Страшнее всего убивают люди, которые терпеть не могут убивать, потому что они не хотят делать работу дважды. Был бы жив Нейгал — он бы все рассказал об этом. Не так ли, тайсёгун?
— Вы взяли под стражу Констанс Ван-Вальден? — спросил Шнайдер.
— Да. Я препроводила ее в надежное укрытие.
— В таком случае назовите мне место и покиньте военный совет.
— При всем уважении к вам, тайсёгун — я отказываюсь назвать место.
Общее молчание нарушил Мардукас.
— Ты в уме, старуха?
— В лучшем, нежели ты, Неро. Я знаю, что кому-то из вас непременно захочется снова попытать счастья в игре заложников. Поэтому я промолчу.
— Это предательство, — подала голос до сих пор молчавшая полковник Ринон.
— Я присягала служить дому Рива, а не армии, — Ли удостоила ее лишь беглым взглядом. — В интересах дома Рива спасти жизни пассажиров, людей дома Рива.
— И как вы собираетесь это сделать, если маленький засранец уничтожил терминал?
— Он просто отпустит их, когда достигнет своей цели. Он уже делал так дважды.
— И какова же его цель?
— Он сказал вам ясно: дойти до Пещер Диса. Если вы не попытаетесь остановить поезд — ничего плохого не случится.
Шнайдер вызвал охрану.
— Возьмите госпожу Ли под стражу. Пусть Мецгер поместит ее в камеру восемь. Благодарю.
Аэша Ли встала навстречу страже и на прощание поклонилась Шнайдеру.
— От этой паучихи у меня мороз по коже, — пробормотал Мардукас. — Рихард, ты ведь не собираешься позволить щенку привести поезд в Пещеры?
— Он не сказал, что приведет поезд в Пещеры. Он сказал, что придет сюда, — Шнайдер прикрыл глаза. — Сколько у нас времени?
— Семь часов и девять минут.
— Мне нужны подробные планы технических туннелей вокруг станции монорельса и самой трассы. И человек, который хорошо в них разбирается. Как можно быстрее.
Данга подняли не в его смену, разбудив всю казарму и велев собраться в тренировочном зале. Тревогу не объявляли, но слухом земля полнилась: еще в душе стажеры обсуждали, зачем их собирают в полном составе, и все сходились на том, что это как-то связано с бунтом в Лагаше и захватом монорельса.
— Боятся, что морлоки поднимутся и у нас, вот увидите, — слышал Данг, подставляя тело сначала струям холодной воды, потом — потокам теплого воздуха.
— Питомник еще со вчера закрыт, Лабиринт блокирован…
— Говорят, всех усыплять будут. На всякий случай.
— Поздно спохватились. Скоро на нас тэка кидаться начнут.
— Поганый имперский сучонок, чтоб его перекосило.
— Да-а, не добил тайсёгун ублюдка, а надо было.
— Благодарности в людях нет.
— Это кто люди? Это имперцы люди?
Данг молчал и в душевой, и в раздевалке. Ему было что сказать, но с тех пор как его избили в Корабельном Городе за принадлежность к полиции, прошло всего два месяца, и ему не хотелось, чтоб в этот раз его избили товарищи-полицейские.
Одевшись, он зашагал в тренировочный зал. Обычно задания раздавали в конференц-зале, но сегодня там просто не поместились бы все. Данг впервые видел весь состав окружной полиции, все три смены в одном месте.
— Господа! — низенький Исия влез на стол, чтоб его было всем видно. — Я собрал вас здесь, чтобы объявить чрезвычайное положение по округу и разъяснить наши дальнейшие действия. Каждое звено в отдельности получит задание от своего командира, я же очерчу задачу в целом.
Кто-то включил проектор, направив луч на потолок. Над головами развернулось трехмерное изображение округа: глайдер-порт, станция городского монорельса «Глайдер-порт», станция междугородного монорельса, ангары, склады, ремонтные депо, бараки гемов, бустерные поля и Корабельный город. Родимая помойка.
