Еще вчера ты на коне, твое влияние растет, род обретает силу на глазах, новые союзники, друзья, связи.Но один единственный неосторожный шаг и все летит в тартарары. Теперь твой дом в огне, бизнес вот-вот отожмут предприимчивые конкуренты, а прежние союзы не имеют значения.Так мало того — монстры из Плеяды, наконец, дали о себе знать.Вставай, сражайся и покажи, какие последствия будут ожидать тех, кто посмел шутить с князем из рода Ливен!
Глаза метаются с одного глухого шлема на другой. Вижу, что они действительно не шутят.
Это не розыгрыш. Да и кто в здравом уме вообще будет шутить с аристократом, хоть и с клеймом.
— Я не ясно выразился? Руки вверх, чтобы я их видел! — выкрикнул снова Стрельников.
Мразь такая... Он мне с самой нашей первой встречи не понравился.
Есть ли смысл сопротивляться? Если окажу сейчас противодействие, то всё может стать только хуже.
Черт, черт, черт!
Как же быть?
Медленно, так, чтобы не спровоцировать окружавших меня солдат, поднимаю ладони.
За спиной слышу аналогичные крики, направленные на конвой с Сашей.
Дела наши всё хуже и хуже. А самое мерзопакостное, что на отца, по всей видимости, устроили полноценную облаву.
Всё же так хорошо шло! С какого чёрта всё должно было обернуться вот так?
Где я допустил ошибку, кого мог спровоцировать!
В голове полный раздрай, перспектива оказаться объявленным преступником совершенно не прельщала. Особенно под столицей, где сил, готовые к отправлению вслед за мной, хватало с избытком.
И это без учета высокоуровневых магов, призвать которых может, как Визирь, так и лично Император.
Чтоб вас всех в Плеяду засосало!
— На колени! — ревет Стрельников, подступив ко мне вплотную и тыча дулом пистолета в голову.
И вот так ты пытаешься задержать дворянина, который к тому же маг? Совсем больной или это из-за нервов?
Неспешно опускаюсь сначала на одно, затем и на второе колено, чтобы уткнуться лицом в неуспевшую высохнуть лужу.
В ее отражении мне отчетливо был виден немой кивок головы агента и двойки гвардейцев.
Это было не задержание...
А попытка убийства!
Тут же краски вокруг меня становятся блеклыми, весь мир обращается в оттенки черно-белого.
Одновременно с тем, как противник открыл шквальный по мне огонь, я отталкиваюсь от асфальта вверх.
Тот разрушается под мощью переданного импульса, сетки трещин расходятся обширной паутиной. Врубаю мигом технику «Они», вкачиваю ману в закаленные кости, по венам словно течет не кровь, а лава.
Усиленные нервные окончания отзываются легкой щекоткой.
Глаза метаются из стороны в сторону, чтобы определить экспозицию.
Бах! Бах! Бах!
Три взрыва грохочут от разорванных автомобилей сопровождения, в огне которых погибает сразу пяток бойцов.
Благо, Саша и были к тому моменту снаружи салонов, а потому сумели избежать мгновенной смерти.
Пули звонко стучат по дорожному покрытию, разрывают воздух вокруг меня. Кровавая броня непроизвольно формируется на уязвимых участках организма.
В растущий на голове шлем следом оказывается выпущена целая пулеметная очередь одного из ботов, мигом выгрызая целые участки, но так и не достигая своей цели. Повезло еще, что это был мелкий калибр, иначе я бы уже мог тут скукожиться.
Из-за пазухи тут же вытаскиваю пистолет «Смерча», который я ношу теперь с собой постоянно.
Первая пара выстрелов точно попадает в шлема гвардейцев. Однако, покров маны моментально вспыхивает на их силуэтах, спасая от бесславной смерти.
Чтоб вас!
Кровавые иглы разлетаются во все стороны, обращаясь вспышками взрывов, в которых потонули десятки гвардейцев. Слышатся крики, вопли, мат, стоны.
Пошла реакция.
Дальний от меня бот наводит своё дуло вслед за мной и совершает выстрел.
А я всё еще в воздухе!
Ужасающий луч энергии уничтожает всё на своем пути, когда я отставляю в сторону пистолет и напитываю оный маной.
Энергия стремительно перетекает в патрон по специальным каналам.
Бах!
Чтобы тут же с грохотом разорвать воздух и созданным взрывом оттолкнуть мое тело в сторону.
Луч прошелся в непосредственной близости от меня, подпалив разве что полы дождевого плаща. Зато вот многоэтажке за моей спиной повезло сильно меньше. Одного единственного, но смертоносного луча, той хватило, чтобы содрогнуться.
После же второго и третьего, ее участь была решена.
Из-за поврежденных несущих колонн здание зашаталось, а потом и вовсе частично обрушилось под аккомпанемент криков и воя невинных гражданских.
Боты же всё продолжали свою неблагодарную работу. Пламя моментально охватило деревья прилегающего к нам парка. Алое небо покрыл чёрный дым.
И пока я здесь мельтешил с этими уродами, отец сражался там... в нашем доме!
Нельзя тут задерживаться!
Созданная алебарда в руках начинает собирать свою беспощадную жатву, унося жизни одного гвардейца за другим.
Подобно цветному пятну, я двигался меж солдат, не позволяя боевым ботам развернуться на полную, так и стремительно сокращал число противников.
Вот, передо мной возникает молодой на вид парень. Лет двадцати с чем-то. Он только и успевает, что выставить магический щит мне навстречу. О спину стучат пули, не пробивающие броню насквозь, но, тем не менее, отдающие тупой болью в костях и органах.
Игла прилетает в бок оппоненту, отчего его покров проседает до опасной красной отметки, а следом уже и я делаю свой шаг, нанося проникающий удар в живот.
Острие алебарды упорно разбивает последние крохи покрова, после чего вонзается в плоть солдата, вспарывает тому брюхо.
Кровь пачкает мне шлем, грудь, руки.
