Но внутренняя жаба, как и не пойми откуда взявшаяся еврейская жадность, пересилили и хоть и с некоторым нежеланием, но я забрал чемодан себе.
Оставался только чемодан с котиком.
О, и он тоже тут! Рядом…
Необходимый мне предмет находился точно на противоположной стороне платформы.
И всё бы ничего, если бы не очередная разборка студентов между собой.
И происходила она прямо между мной и моей целью.
— Я кому сказал извинись, блохастая!
— И не подумаю.
На площадке спорила какая-то парочка, вокруг которой расступились прочие студенты.
С одной стороны возвышался высокий и подкаченный брюнет в кожанке, с выделяющимся загаром, а вот с другой…
Не понял?
У нее что на голове кошачьи ушки?
Только спустя несколько секунду охреневания я понял, что вижу перед собой настоящую кошкодевушку!
И нет, ушки не искусственные.
Если, конечно, здесь их не научили дергаться в координации с лицевой мимикой самой ее носительницы.
И как бы я не хотел полюбоваться ими чуть дольше, но нужно было спешить.
А то ведь не факт еще что Райзе удержит забронированные места для нас. А если к ней придет вот такой же расфуфыренный бугай?
Нет, я и так здесь изрядно задержался, пытаясь втиснуться к багажу.
Так что не с руки мне еще дожидаться, пока эти любовнички закончат со своими закидонами.
С легким вздохом я поправил полы пальто и пошел напрямик, точно между этим спорящим дуэтом.
Не глядя ни на кого, я тихо проскользнул между здоровяком и кошкодевушкой, уже обрадовавшись, что на меня не обратили внимания.
Вот только рано радовался…
На плечо опустилась тяжелая рука и с силой то сжала. Отчего я не смог не поморщиться.
— Оп, парень, ну-ка погоди…
Этот день всё никак не заканчивался.
— Чего тебе? — выдал я, повернувшись полубоком и смотря на парня снизу вверх.
А так и не скажешь, что перед тобой стоит подросток.
Внешне собеседник больше смахивал на какого-то работягу в двадцатых годах.
Рост под метр девяносто, широкая челюсть и далеко посаженные глаза.
Ну ведь так и просит кирпича же…
И это не я такой озверевший, а это он меня пытается сейчас напугать своей озлобленной гримасой. А еще так и норовит убить одним только взглядом холодных серых глаз.
— Наглый слишком, как погляжу? Краев уже под носом не видишь? — выплюнуло это нечто больше смахивающее на неадертальца, чем на человека.
Толпа загудела, предвещая шоу, и ведь и не думала расходиться.
— Не по понятиям живешь, братуха! — улыбнувшись, хлопаю того по лицу, отчего кажется все окружающие охренели.
И не только они.
Сам бугай было раскрыл рот от такого поведения, переводя взгляд то с моего лица на ладонь, то обратно.
— Чего? Неужто со сленгом ошибся? Вечер в хату, не? Тоже не то? — задумчиво почесав кончик носа, наклонил я голову на бок.
Косяк, однако.
Быть может среди бандитов и их личинок наличествуют несколько наречий, а я и не в курсе?
Возможно, мы находимся на слишком отдаленных друг от друга стадиях эволюции?
А так и не скажешь…
Парень покраснел, как рак, скривился от злобы и смущения и тут же бесцеремонно схватил меня за грудки пальто.
А я и не сопротивлялся.
— Что ты там вякнул? Ну-ка повтори, а то я смотрю у тебя зубы лишние есть! Может мне это исправить, а? — я даже не удивился тому, что он с легкостью сумел меня приподнять, вынуждая встань на носки, чтобы не лишиться опоры.
Крепкий верзила, хотя подобное умозаключение я сделал уже по его внешнему виду.
Про такого скажешь природа силушкой не обделила, да на мозгах отыгралась с лихвой.
Ну, значит будем исправлять перекос… Хоть и несколько радикально.
— А ведь я всего-то шел за чемоданом с котиком, — вздохнул я, хватаясь за державшие меня чуть ли не на весу ладони бугая.
— Чего-чего?
Более не утруждая себя ответом здоровяку, ударил тому с ноги в пах.
— Секретная техника — атака-ногой-по-яйцам-но-джутсу! — хохотнул я под конец, наблюдая как хулигана всего перекосило, а на лбу выступила испарина.
Знай наших!
Повезло, конечно, что увалень не додумался врубить покров из маны или среагировать как-то иначе. Тогда мне бы пришлось несладко, но внешняя худоба, мешки под глазами да и вообще отсутствие какой-то явной угрозы с моей стороны позволило воспользоваться иллюзией контроля со стороны противника.
Чужая неподготовленность сыграла мне на руку. В первый и последний раз.
Здоровяк упал на колени, уже совершенно забыв про меня, но кто ж ему позволить уйти так безнаказанно.
Я мягко опустился на каблуки школьных туфель, не преминув поправить края пальто.
— Ты труп, ублюдок. Мой род этого так не оставит, — успел он произнести с недобрым огоньком в глазах, но мне как-то было фиолетово.
Ни ты первый, приятель, не ты последний. Сколько мне из вашей касты скажет мне эти слова? Уверен, что не один десяток. Если, конечно, стоящие за ними рода не придут по мою душу. Эх, тяжело жить в сословном обществе, находясь около его дна. И ведь не пикнешь — тут же скрутит кто на ступеньку повыше и посильнее.
Но и преклоняться я не мог. Пережитое в прошлой жизни просто не позволит согнуть спину перед подобным… снобом.
— Без открытки можешь не появляться, — хихикнул я, потянув схваченные руки грубияна на себя.
