Взяв себя в руки, я с вызовом глянул на рыцаря смерти. Он безучастно ответил мне вспышкой огоньков в глубине глаз, а затем занес бастард над головой.
Миг и лезвие со свистом опустилось мне на голову. Мне не хватало сил двинуться с места, клевец принял на блок удар меча.
Бум!
Ударная волна с шокирующей силой вынудила меня тут же упасть на колени, мимолетно отметив, что вместе с тем я сломал себе коленные чашечки.
Рука с клевцом едва выдержала удар, но с онемением кисть выронила орудие, оставляя меня беззащитным перед возвышающимся скелетом.
Следующий замах мечом пришелся на остатки от моей брони из затвердевшей крови. Монстр не желал меня убивать простым обезглавливанием, нет. Он не намеревался даровать мне столь простой и мимолетной смерти. Ведь, так или иначе, я прервал его осаду.
Нарушил планы и, возможно, спас всех, кто остался в донжоне.
Его изумрудные огни с ликованием уставились на меня, стоящего на коленях, всего в крови, поту и пыли. Израненного и сломленного. Обессиленного.
Я в замедленной съёмке наблюдал, как ржавое лезвие бастарда с чавкающим звуком пронзает мне грудь, выходя из спины.
В груди сдавленно застыл тяжёлый вздох. Мои глаза расширились и не отводили взгляда от потусторонних огней рыцаря смерти. Сердце отстукивало свои последние удары.
Я уже не видел перед собой ничего кроме моего противника. На мгновение мне показалось, что я виду перед собой собственное отражение.
Рыцарь смерти приблизил свой улыбающийся череп ко мне, хоть он и не мог физически улыбаться, но я так и ощущал то торжество, что сейчас испытывал он.
Как жаль, что его придется разочаровать…
На моих потрескавшихся губах расцвела гордая собой улыбка.
— Попался…
А сразу после голову рыцарю смерти снес со спины голем, как какой-то футбольный мяч.
Командир орды был повержен. Его череп в невысказанном шоке начал обращаться в пыль, как и само тело, оставляя после себя только старые изысканные доспехи и тёмно-фиолетовый кристалл.
Не отдавая себе отчета, я взял в руку небольшой светящийся камушек, не обратив внимания на то, как голем рассыпался обратно в кучу сырой почвы.
А это… Уже что-то новенькое.
Не сумев закончить свою мысль, я обессиленно упал лицом в землю, ощущая как страшный холод начал растекаться от моих конечностей к груди.
Кажется, конец нагрянул раньше, как бы я оный не оттягивал как можно дальше.
Жаль…
На развороченном схваткой сером холме из багровой рощи появилось три фигуры в белоснежных робах, что удивленно осмотрели поле недавней битвы.
Им было приказано проконтролировать осаду студентов ордой и если та затянулась помочь со спины орде, прорвав ворота или устроив диверсию в рядах оборонявшихся студентов.
Но, кажется, их планы на данном участке были слишком оптимистичными…
Десятки трупов вурдалаков, вспоротая почва, обожженые кратеры и тело студента «Куба», состояние которого нельзя было определить.
Но мужчина в маске лисы был готов поставить недельный оклад на то, что тот точно не жилец. С такими травмами не выживают.
— Говорит Лиса. Сова, как слышно? — пока его два помощника наблюдали за заканчивающейся осадой базы магов-разведчиков, он связался с начальством.
Ну не мог один шкет обезглавить орду монстров, тем самым сорвав все их планы.
Ведь теперь приближаться к донжону было нецелесообразно. Студенты хоть и ослаблены, но теперь точно не станут удобной мишенью.
Неприятная новость, но не критичная.
Тем временем он доложил о произошедшем своему непосредственному командиру.
Наушник в маске затрещал, отдавая приказ, который он тут же и озвучил подчинённым.
— Забираем тело. Оно еще пригодится на последнем этапе…
— Марк, мне страшно, — прошептала черноволосая девочка с золотыми глазами передо мной.
Я же не понимал, что происходит. Я умер? Опять?
Мы находились в какой-то темной комнате, явно недавно являвшейся детской спальней, сейчас же больше походившей на карманный филиал ада. Входная дверь была разворочена, на стенах остались черные подпалины, в нескольких участках стены, уходящей в коридор имела сквозные отверстия то ли от пуль, то ли от фаерболов.
А сквозь них я мог разглядеть кровавые следы на стенах и тела людей за дверью.
Не осознавая что я творю, я крепко обнял плачущую незнакомку, прижав к себе, как нечто настолько ценное, потерю которого нельзя было допустить ни при каких условиях.
Что бы не произошло, я чувствовал, что просто не могу позволить кому-либо позволить забрать ее у меня.
— Всё будет хорошо. Скоро всё закончится, — мои губы произносили эти слова раз за разом в попытке успокоить трясущегося от страха ребенка. Я не мог понять что происходит и где я находился, не понимал, почему мои руки сейчас буквально по локоть в крови и кто эта незнакомка.
Она казалась мне смутно знакомой, но мозг всё не мог предоставить ту самую подсказку, что развеет мои сомнения.
Внезапно, комната содрогнулась, недалеко раздался гул оглушительного взрыва, как при бомбежке. Я тут же прикрыл девочку своим телом, придавив к полу. И не зря…
