– Познакомьтесь, мистер Грин. – Начальник тюрьмы выдохнул струю дыма. – Нукулпрадат Нааратит. Таиландец, который здесь, у нас, под нашим носом, заведует нашими же осужденными согражданами.
– То есть филиппинцами? Интересно. Они сами его выбрали? – Мистер Генри потянулся, размял руки.
– Сами, – проговорил Нукулпрадат.
– Молчать! – заорал охранник и отработанным приемом сверху вниз ударил таиландца дубинкой по спине.
Тот вжал голову в плечи, молча стерпел боль.
– Ногами машется хорошо. Да и руками тоже, – сказал начальник тюрьмы. – Видите, какой нос. На ринге получил ногой. Говорит, после этого поклялся, что больше никто ему нос не разобьет… Как-то мы устраивали чемпионат тюрьмы по таиландскому боксу – он победил. И точно – нос сохранил таким, каким и был.
Сеньор Фернандес хрипло засмеялся, его узкие плечи мелко задрожали.
– А без официальных соревнований он тоже ногами и руками размахивает? – спросил Генри.
– Частенько, – не задумываясь, ответил начальник тюрьмы.
– Значит, непорядок здесь у вас творится. Надо рапорт вашему начальству написать.
– Рапорт? – Лицо сеньор Чуймончо вытянулось, приобрело выражение крайнего удивления. – Какой еще рапорт?
– Что дисциплина у вас расшатана, – серьезно проговорил мистер Грин. – Вот перед нами злостный нарушитель. А к нему меры дисциплинарного взыскания не применяются.
– Примем. Обязательно примем, – заверил американца начальник тюрьмы и качнул в воздухе ребром ладони.
Охранник тут же ударил Нукулпрадата дубинкой.
– Может, с ним надо было бы индивидуально поработать… – начал рассуждать вслух американец.
– Индивидуально. Конечно, – поддержал это предложение начальник тюрьмы.
– Что вы от меня хотите? – с затаенной злобой произнес таиландец.
– Чтобы ты вел себя как надо, – не дал ему договорить сеньор Фернандес.
– И твои выродки, – добавил мистер Грин.
– Я и они будут себя вести как надо. Поверьте… – сказал Нукулпрадат.
– Значит, слушай, как надо себя вести. – Генри поднялся из кресла, подошел к таиландцу поближе, наклонился прямо к его лицу. – Как мне рассказал сеньор Фернандес, твои молодчики обворовывали жилища после случившегося урагана? Так? Не слышу?
– Так.
– А не помнишь ли ты, что Карл Свенссон, как специалист по ландшафтному дизайну, был привлечен к осмотру и описи разрушений…
– Нет, – честно признался Нукулпрадат.
– Тогда я напомню. – Мистер Грин кивнул начальнику тюрьмы, тот махнул рукой в сторону охранника.
Охранник снова ударил дубинкой по спине таиландца.
– Кажется, припоминаю, – процедил сквозь зубы Нукулпрадат.
– Так вот… Припомни, что один твой человек, который сейчас осужден за мародерство, рассказал тебе, что, когда он собирался обчистить очередной разрушенный дом, заметил ужасную картину. Ты слушаешь?
– Да, мистер, – кивнул таиландец.
– Просто ужасающую картину… Так вот, этот мистер Свенссон… Карл Свенссон, осматривая разрушения, нашел под завалами девушку лет пятнадцати. На ней были только оборванные тряпки. Свенссон, конечно, вытащил ее, но вот беда: не совладал со своей похотью… Ослабленную девушку в полусознательном состоянии этот мерзавец… Что он с ней сделал?
– Что он с ней сделал? – повторил Нукулпрадат.
– Вот я тебе спрашиваю, что он с ней сделал… Ты не помнишь?
– Я… помню… – Таиландец догадался, к чему клонил американец. – Он ее изнасиловал.
– Правильно, – расплылся в ехидной улыбке мистер Грин. – И тебе это рассказал твой подельник. Он это видел своими собственными глазами. Правда, потом этот мерзавец Свенссон в полиции рассказывал, что приводил девочку в чувство, делал ей искусственное дыхание, а на самом деле ты же все знаешь. Карл Свенссон заплатил полиции большие деньги, чтобы они не проводили экспертизу. – Генри сделал паузу, чтобы заключенный «переварил» все сказанное им. – В общем, этот негодяй Свенссон отмазался, но теперь ты все вспомнил и не можешь молчать. Правильно?
– Правильно, – тихо сказал Нукулпрадат.
– Громче! – вмешался начальник тюрьмы.
– Правильно, – повышая голос, повторил таиландец.
– И чтобы сейчас же об этом узнали все твои ублюдки. Другим пока это не сообщать, – продолжал Фернандес.
– Но только не убивать его, – предупредил мистер Грин.
Расчет американца был предельно ясен. Доведенный до отчаяния и совершенно беззащитный Карл Свенссон, он же российский резидент, сдаст наехавших на него заключенных охране. После чего жизнь «насильника и стукача» на зоне станет невыносимой.
– Вот здесь надо постараться, – скривился Нукулпрадат.
– А ты вспомни учения древневосточных палачей: чтобы хорошо убить, надо убивать долго. Вот и растяните это как можно дольше, – посоветовал сеньор Фернандес.
– Хорошо. – Нукулпрадат потупил взгляд.
– Уведи, – зевнул начальник тюрьмы. – Теперь этому шведу, или кто он там, лучше самому удавиться.
– А вот за этим будете следить вы, сеньор Фернандес, – растягивая каждое слово, проговорил мистер Грин, – и не дай бог, если он на себя руки наложит… Тогда рапорты, о которых я недавно припоминал, станут реальными.
– Сделаем… – подхватился начальник тюрьмы. – За это будет отвечать наш главный медик – Пеллегрино.
