— Эх, сейчас бы пару бутылок «Искарии» осушить с тобой, да под жареный кабаний окорок! Поговорить, вспомнить рейд в Шелкопады!
— Ну, не так много времени прошло, чтобы о нём языками чесать, — усмехнулся я. — А сейчас вам лучше уйти. Эти чёртовы невидимки могут крутиться в порту, ненароком заметят. Ты, хотя бы, хорошо спрятался в Скайдре?
— Не переживай, я как битый жизнью волк сейчас затих в норе, лишний раз нос не высовываю, — Агосто вздохнул. — Ничего, осталось немного, и я, наконец, смогу вернуться в родной дом, не боясь удара ножом в спину.
Мы тепло попрощались и разошлись в разные стороны. Я еще долго стоял у сходней, прислушиваясь к ночным звукам порта: плеску волн о каменные причалы, далекий стук колотушек сторожей, пьяные песни, несущиеся из прилегающих к реке кварталов. Надеюсь, виконт спокойно ушел темными улицами, и низариты его не преследуют. Надо же, свили в Скайдре гадючье гнездо, особо не скрываясь. Не-не, мне такое соседство не нужно. Вернусь, обязательно займусь их зачисткой. А то всякие Адалхайды, Вальтоссо, Лойфреды как только узнают, что Тира Толессо выходит за меня замуж, сразу побегут к наёмникам с мешочками золота с просьбой убрать конкурента с дороги. Вот почему надо заручиться поддержкой графа Додрефа. Вдвоём легче контролировать всю эту шелупонь, мнящую себя аристократией.
Я постоял на причале, докуривая пахитосу. Неподалеку застыли штурмовики, ожидая от меня приказа. Вытащив из внутреннего кармашка кафтана массивный хронометр, щелкнул крышкой и вгляделся в стрелки. Время позднее, а Максэнли до сих пор нет.
— Поднимайте сходни, — сказал я бойцам. — Не придет, наверное, хозяин.
— А если заявится? — спросил один из штурмовиков. — Загулял где-нибудь, к девкам в бордель заглянул. У пьяного мыслей что говна: одна хуже другой.
— Но-но, разговорчики, рядовой, — оборвал я не в меру умного подчиненного. — Тебе по статусу не положено осуждать нанимателя. Если припрётся, придумаем, как поднять на борт.
Легко взбежал наверх и направился в гости к капитану. Хубальд еще не спал, и сидя на кровати в подштанниках и длинной ночной рубахе, почитывая при свете магического фонаря какую-то толстую книгу.
— Я дал команду поднять сходни, капитан, — предупредил я Оскара. — Надеюсь, не будете ругать за своевольство?
— И правильно сделали, — кивнул шкипер. — Время позднее, вряд ли хозяин вернется на корабль. У меня даже подозрение появилось, что он с нами не пойдёт в рейд.
— И кто будет следить за караваном? — я особо не удивился. Купцы, особенно преуспевшие, редко ходят по рекам, сваливая хлопоты на плечи помощников. Случай, когда Лесс Боссинэ самолично возглавил рейд, скорее из разряда редчайших. Но в той истории были замешаны гравитоны, и Боссинэ справедливо опасался, что кто-то другой не справится с заданием и подведёт под эшафот всех причастных.
— Пришлёт управляющего, — пожал плечами Хубальд. — У него их двое. Тревик и Пенберти.
— Кто из них лучше? Я про то, умеют ли они находить общий язык с контрактёром?
— Да черт их разберет, — снова характерный жест плечами. — Оба сами себе на уме. Но склоняюсь к Пенберти. Он чаще всего назначался хозяином на проводку каравана. А Тревик — крыса сухопутная, воды боится. Один раз с ним довелось поработать, так он всю дорогу ныл, что его укачивает. Представляете, Игнат! На реке укачивает!
— Всякое может быть, — я не торопился огульно охаивать человека, которого ни разу в жизни не видел. — И речная волна способна вызвать такой приступ тошноты, хоть всех чертей выноси. Слабый организм, ничего не попишешь.
— Поэтому господин Максэнли предпочитает отправлять его с обозами, — продолжил шкипер. — Он сразу понял, в чём слабость Тревика. Но как управляющий весьма неплох. Если хозяин откажется идти с нами, пришлёт Пенберти.
— Ладно, поживём — увидим. Спокойной ночи, капитан, — я попрощался с Оскаром и направился в свою каюту.
— Командор, вода уже остыла, — с укором произнёс юный денщик, добросовестно дожидаясь меня.
— Не ной, полей мне на руки, — я выложил пистолеты на стол и разделся до пояса. Тью помог мне ополоснуться, потом подал чистую холстину, не забывая докладывать, что произошло за время моего отсутствия.
— Боцман разместил наших парней в трюме, приказал накормить ужином. Капитан дон Ансело расставил посты и сейчас отдыхает. А когда отправляемся?
— Как только придёт хозяин или его управляющий, — ответил я, отплёвываясь от воды, попавшей в рот. — Запомни, ночью по реке ходить опасно. Фарватеры освещаются бакенами, и вот представь, если кто-то умышленно погасил их в самом узком месте.
— Сядем на мель, — уверенно ответил Тью, прибираясь после вечернего омовения.
— Ну вот, всё понимаешь. А там, где этих бакенов нет, опытный шкипер ориентируется по другим признакам, которые знает только он. Поэтому караван будет идти, пока светит солнце. Так что для нас праздники закончились, пока не вернёмся обратно, — я вытерся и бросил полотенце на тумбочку, где стоял таз с водой. — И от тебя требуется точное выполнение всех моих приказов. Надо будет — встанешь на вахту. Понял?
