— Вышибем, — я хмыкнул и отправил в воду докуренную пахитосу.
Проверив, как несёт вахту первая стража, я отправился спать; мне бы проанализировать разговор с рыбаками, которые обмолвились про барона, набирающего «работников» для охраны своего поместья, а вместо этого мысль ушла совсем в другую сторону, связанную с предстоящим мятежом.
Меня разбудила довольно бесцеремонная тряска за плечо.
— Проснись, Игнат! — голос Михеля хоть и не был тревожным, но некое напряжение угадывалось.
Рывком сев на постели, я поморгал глазами, фокусируясь на фигуре дона Ансело. Слабый свет магического фонаря едва освещал каюту и заворочавшегося Тью.
— Нападение? — хрипло спросил я. По иным причинам меня поднимать не стали бы.
— Несколько лодок идут сверху, гребут осторожно, чтобы не было всплесков, — доложил помощник. — Явно не в гости торопятся.
— Кто это может быть? — натянуть сапоги, обвязаться поясом и заткнуть за него пистолеты оказалось делом пары минут. Кортик занял свое место.
— Подозреваю, это те самые наемники барона Марисьяка, — дон Ансело налил из кувшина воды в стакан и в несколько глотков осушил его. — Скорее всего, местные жители здесь вроде наблюдателей, и при случае сразу докладывают хозяину. Вот барон и решил нас пощекотать.
— Безумец, — я нечаянно зацепил ногой ножку стула; из-за резкого звука вверх взметнулась голова Тью.
— Командор? Что случилось?
— Боевая тревога. Одевайся, но на палубу пока не выходи. Проверь оружие, держи при себе. И разбуди капитана, помощника и лекаря. Господина Пенберти не трогай. Пусть отдыхает.
— Есть, капитан, — если парнишка и был разочарован тем, что я не беру его с собой для героического боя со злодеями, то не показал этого столь откровенно, не стал ныть и упрашивать. Будет из него толк, будет.
Стараясь не шуметь, мы вышли на палубу, поёживаясь от ночной прохлады. Хоть сейчас и середина лета, на реке остро ощущается сырость и мокрая взвесь в воздухе. Одно хорошо: туман слабый, еще не успел скатиться с низин к берегам.
На палубе мелькают тени, слышатся тихие матерки штурмовиков, занимающих свои боевые посты согласно отработанным маневрам.
— Сколько до моей вахты? — я навострил уши, пытаясь поймать звуки с Роканы. Ночной амулет слабо помог. Он лишь обозначил скользящие по воде тени, но глаза ничего путного не разглядели.
— Три склянки.
— Что же они такие нетерпеливые? Обычно нападают под утро, — я широко зевнул. — Ублюдки, не дали поспать. Тюлень где?
— Я здесь, командор, — вынырнул откуда-то слухач. Голос бодрый, значит, не так давно сменился.
— Идём на нос, будем отслеживать гостей.
Кто бы там ни был, он грамотно выбрал время. Судя по мерцающими звёздам, небо постепенно заволакивало облаками. До новолуния оставалось ещё три дня, поэтому подобраться к стоящему на якорях каравану в кромешной темноте сейчас гораздо легче.
— Не меньше пяти лодок, — Тюлень забавно оттопырил ухо, направив его в сторону предполагаемого врага. — Может, и ошибаюсь, но не похоже, чтобы к нам пожаловала целая флотилия.
Рыбаки? Вряд ли. После аксумского рома они не успокоились и пошли по деревне в поисках местного пойла. Недаром ещё долго орали песни и шарахались по берегу. Контрабандисты? Нет, эти ребята очень осторожные, на купеческие караваны рот никогда не разевают, потому что нужны друг другу. А зачем гадить там, где капает прибыль? Подозреваю, некоторые товары купцы реализуют через «перевозчиков». Здесь взаимная выгода. Сразу вспомнился рейд с Боссинэ, который едва не привёл нас на эшафот. Чёртовы гравитоны с потерпевшего крушение патрульного корвета оказались в руках контрабандистов, а Боссинэ по каким-то своим причинам связался с ними. Хорошо, что все заинтересованные лица разошлись без ущерба друг другу. Но, получается, мы косвенно виновны в назревающем мятеже по смене власти в Дарсии. А разве я не этого хотел? Выбить из войны сильного противника, используя любые средства! Лорд Келсей будет очень рад.
Плывущим в лодках ночным гостям было легче ориентироваться на габаритные огни кораблей, а вот нам пришлось пригнуться, чтобы не вырисовываться на фоне палубных надстроек.
— Интересно, сколько там человек? — прошептал я.
— Ну… в одной лодке может быть от трех до пяти… — задумчиво проговорил Тюлень. — Никак не меньше тридцати. Командор! Они, что же, хотят захватить «Эпиналь»?
— Не обязательно её. Здесь хватает целей. Но флагман всегда предпочтительнее, — рассудил я. И в самом деле, «Эпиналь» выглядела поновее из всего каравана, да и по судоходным качествам превосходила остальные корабли.
До моих ушей донёсся едва слышный стук борта лодки о борт нашего флагмана. Потом ещё один. Кто же это такой дерзкий? Неужели местные пираты?
К нам неслышно подобрался дон Ансело, и приникнув ко мне, прошептал:
— Четыре лодки. По две с каждого борта. Набиты под завязку как селедка в бочку. Не меньше шести человек на корыто. Что будем делать?
— Пусть небольшая часть поднимется на борт, — чуть подумав, ответил я. — Нужно захватить в плен хотя бы парочку этих идиотов, выяснить, зачем понадобилось нападать на караван.
— Пираты…
