– Сядь, деточка, – ласково сказала Елена Петровна. – Не нужно мне ничего приносить. Чайку лучше попей и успокойся.
– Почему? – удивилась Алевтина. – Это же орудие преступления.
– Я даже не знаю, как тебе это сказать… А может, и не стоит… – вслух размышляла Зотова. – Понимаешь, дело в том, что Артура Андреевича Зеленцова никто не убивал. Он жив-здоров.
– Как?! Как никто не убивал?! – растерянно хлопала глазами Алевтина. – Я же видела его труп! Он… Как же так? Вы ошибаетесь, Зеленцов умер. Проверьте, труп должен лежать в квартире на «Бабушкинской»!
– Там нет никакого трупа, Аля. Зеленцов жив и здоров. Сейчас он находится в вашем городе и живет в гостинице, вместе с твоей одноклассницей Екатериной Мухиной. Они любовники. Еще раз повторяю: Зеленцова никто не убивал.
– Любовники? – потрясенно переспросила Аля. – Они что, так пошутили? Просто так – взяли и пошутили?! – срывающимся голосом спросила Алечка – ее всю трясло, личико побелело.
Елена Петровна внимательно посмотрела девушке в глаза: нет, Алевтина была совершенно вменяемой и реакция была вполне адекватной. Похоже, что девушка говорила чистую правду. Она испугалась, что ее убьют, как опасную свидетельницу, и спешно уехала из города. Елена Петровна тоже расстроилась. Вся ее версия, что Алевтина в ту ночь случайно подслушала разговор своей одноклассницы и Зеленцова, где Мухина сознавалась в убийстве Раисы и бежала, опасаясь расправы, – разлетелась в пух и прах, а она так рассчитывала на свидетельские показания Алевтины! Оказывается, все было совсем не так. Выходило, что теперь прижать Мухину к стенке будет очень сложно. Светлый волос, найденный в квартире, являлся только косвенной уликой и говорил лишь о том, что Мухина иногда посещала квартиру Михайловой. И хотя в квартире Мухиной она нашла ПТС на четвертый «Фольксваген Гольф», но свидетель, видевший убийцу у дома, номера машины не разглядел, значит, как прямое доказательство преступления это использовать было нельзя. Получалось, что ничего на Катю Мухину у Елены Петровны не было. Совершенно ничего. Разве что…
– Аля, успокойся, – Зотова встала, подошла к Алевтине и прижала ее голову к себе. – Ну, не надо так переживать! Видишь, все выяснилось. Выходит, тебя так жестоко разыграли! Вот ведь скоты какие, – поглаживая девушку по голове, успокаивала ее Елена Петровна. – Но, понимаешь, привлечь их за идиотский розыгрыш и за то, что они тебя пугали, вряд ли получится. Мы никогда не сможем все это доказать. Но за убийство гримерши Раисы Мухину посадить можно! У меня есть все основания полагать, что гримершу Раису убила именно она, но пока у меня нет веских доказательств. Ты про шарф шелковый говорила. Извини, но не могла бы ты…
Аля молча вышла. Вернулась, передала целлофановый пакетик с шарфом Елене Петровне, села за стол и уставилась в одну точку. Елена Петровна аккуратно вытащила шарфик из целлофана, встряхнула его и посмотрела сквозь него на свет – на шарфике была маленькая затяжка и крошечная дырочка.
– Отлично, уверена – это он! – восхищенно заявила Елена Петровна. – Значит, твой жених подтвердит, что подарил этот шарф Екатерине Мухиной?
– Да. Он обещал.
– Все, значит, можно ее брать! Уверена, больше она тебя не побеспокоит, Аля. Я и Зеленцова как соучастника представлю! Посадить не посажу, но нервишки потреплю основательно. Обещаю! Ну и еще одна идейка есть: я кое-что откопала в квартире Мухиной, архивчик очень любопытный. Если я девочек разыщу и они согласятся показания против Зеленцова дать…
– Что я им плохого сделала, Елена Петровна?! Чтобы так вот жестоко! Заманили в квартиру, пудрили мне мозги про сериал «Уснуть навсегда», пугали и пытались довести меня до сумасшествия! Я им долго подыгрывала, изображала ненормальную, боялась, что меня убьют! Но цель у них была иная: в сериале они отвели мне роль девочки-самоубийцы. А сегодня мне обещали окончательный сценарий прислать, следуя которому я должна умереть!
– Как ты сказала – «Уснуть навсегда»? – насторожилась Зотова. Название сериала показалось ей знакомым, где-то она уже слышала его.
– Я выжила только потому, что в моей жизни появился Клим. Он мне очень помог. Знаете, все так спонтанно вышло… Вы не поверите, я знаю его всего около двух недель. Он мне помог, очень помог! Он как сказочный принц на белом коне. Я его люблю больше жизни!
– Больше жизни, говоришь… – задумчиво сказала Зотова.
