– Это не трактор, это мой жених. Он, когда волнуется, землю вскапывает, – прыснула Аля.
– Хороший у тебя жених, пахать умеет, с таким не пропадешь, глядишь, и денег напашет, – в ответ пошутила Елена Петровна.
– Он у меня, в общем-то, вполне обеспеченный. В торговле работает, – похвалилась Алевтина.
– Тогда конечно. Торговля – это хорошо. Но главное, чтобы щедрым был. Иной раз и обеспеченный, а денег на жену жалеет, – авторитетно заявила Елена Петровна, наблюдая, как Алечка заваривает чай.
– Мой очень щедрый. Ничего для меня не жалеет. У него даже фамилия, знаете, какая – Щедрин, – сообщила Алевтина и полезла в холодильник, пытаясь отыскать там что-нибудь съестное. Вчера она целый день хрустела яблоками и пила чай, а в холодильник даже не заглядывала. Она захлопнула холодильник и недовольно сморщила носик. За несколько дней ее отсутствия все продукты испортились.
– Щедрин… красивая фамилия, музыкальная, – похвалила Зотова. – Станешь, значит, ты Алевтиной Щедриной. Звучит красиво.
– Мне совершенно нечем вас угостить, – расстроилась Аля, обшаривая кухонные шкафчики. – Яблоки только. Или пельмени? Хотите?
– Не нужно, Аля, спасибо. Я в поезде перекусила. Только чайку.
Аля поставила чашки с дымящимся чаем на стол, села и виновато посмотрела на Елену Петровну.
– Я вчера звонила вам целый день, но так и не дозвонилась. В прошлый раз я не все вам рассказала.
– Знаю, Аля. В тот день Раиса Михайлова отправила тебя к продюсеру Зеленцову, и ты поехала. Рассказывай дальше, что в тот вечер произошло, почему ты убежала из Москвы? – подбодрила Елена Петровна.
– Да, я ездила к продюсеру, но я его не убивала. Его убила Катька Мухина, моя одноклассница, а меня она пытается подставить. Вы ведь из-за этого приехали? – спросила Алевтина, глядя на вытянувшееся лицо Зотовой. Елена Петровна не отвечала. – Но вы должны мне поверить, у меня и доказательство есть. Шарфик, которым Катька продюсера задушила в ту ночь! Она мне его в сумку подбросила. Его Клим нашел, так вот, он может подтвердить, что сам ей этот шарфик дарил, потому что он его из Парижа привез. А такие шарфики в единственном экземпляре делаются.
– Аля, подожди, о чем ты мне говоришь, я никак не пойму? – сморщилась Елена Петровна. – Какой шарфик?
– Ну тот шарфик, которым Катя Мухина, моя одноклассница, продюсера задушила. Она и меня пыталась задушить. Орудие преступления! Мой жених, Клим Щедрин, может это все подтвердить.
– Клим Щедрин? Ты сказала – Клим Щедрин? Миллионер? Тот, что две с половиной недели назад… – Зотова умолкла на полуслове и с интересом посмотрела на Алевтину. Похоже, зря она сюда приехала и зашла к этой милой девушке, потому что с головой у нее, кажется, начались какие-то серьезные проблемы.
– Елена Петровна, ну какой, к черту, миллионер! Мой жених в торговле работает, я же вам говорила. Что же вы не слушаете, о чем я вам говорю? Екатерина Мухина, моя одноклассница, убила продюсера Зеленцова!
– Да с чего ты это взяла? – разозлилась Зотова.
– Как с чего? Я там была и все своими глазами видела, – перебила Зотову Алечка. – Сейчас я очень подробно вам все расскажу, тогда вы точно поймете, – возбужденно затараторила Алечка. – В тот вечер, около половины двенадцатого, я приехала к Зеленцову на кастинг. Взяла с собой банку варенья, вошла в квартиру, банка у меня выпала из руки и по коридору укатилась. Я босоножки сняла и за банкой поползла. Ну, сами понимаете, как потом объяснять, что варенье раньше меня в квартире оказалось? Ползу я, значит, и тут меня кто-то шмяк по роже ботинком, и так два раза! А потом душить принялись. Я притворилась, что не дышу, убийца подумала, что я умерла, и ушла. А потом я вошла в комнату, а там продюсер сидит и мне рожи корчит! Я ему оплеуху отвесила, он с кресла упал, и тут я поняла, что он мертвый. Так он и лежал на ковре, пока я фотографии смотрела. А потом он, я извиняюсь… пукнул! Я испугалась и убежала, прихватив с собой ведро – для маскировки – и швабру с халатом. Потом я их в помойку выкинула, когда на вокзал поехала, и свои босоножки тоже. Но тогда я еще не знала, что это Катька Мухина убила продюсера, поэтому очень удивилась, когда ведро «приехало» раньше меня и у меня в доме оказалось. Это Катька меня так пыталась довести до сумасшествия и самоубийства! Потом вещи у меня дома стали появляться из квартиры Зеленцова. Звонки пошли странные. И главное – сам Зеленцов, мертвый, в красном халате мне являлся среди крестов и могил! Они хотят, чтобы я сошла с ума и покончила жизнь самоубийством, понимаете? Вот чего они добиваются! Я так думаю, что мертвый Зеленцов – это Катькин отец на самом деле. Он же спился совсем, поэтому у него и рожа синяя. Теперь вы мне верите, что я Зеленцова не убивала? – выговорившись на одном дыхании, спросила Алечка.
– Верю, деточка, – печально сказала Елена Петровна, скорбным взглядом оглядывая Алевтину.
– Слава богу! – вздохнула Аля с облегчением. – Я сейчас вам шарфик принесу, которым Зеленцова задушили. Он у меня в сумке, я мигом!
