Выступая в Совете Безопасности, Э.А.Шеварднадзе заявил, что принятая резолюция – «дальнейший неизбежный и логический шаг перед лицом упорного отказа Ирака выполнять решения Совета Безопасности. Это – закономерная реакция на его продолжающийся вызов международному сообществу». Напомнив, что «с самого начала кризиса Советский Союз сделал главный акцент в своей политике на коллективных усилиях, основанных на полном использовании прав и возможностей ООН, на необходимости разрешения кризиса невоенными, политико-дипломатическими методами», министр выразил убеждение, что «в фокусе совместных усилий должна быть деэскалация кризиса, его политическая развязка». Это, однако, подчеркнул Э.А. Шеварднадзе, «не умаляет нашей решимости добиться прекращения агрессии, и если предпринимаемые сейчас шаги не приведут к этому, то мы будем готовы рассмотреть возможность дополнительных шагов в соответствии с Уставом ООН, чтобы показать, что агрессия не может приносить выгод и не принесет их».10 Со сходными по сути и тональности заявлениями выступили в Совете Безопасности и другие министры.
Ежегодная сессия Генеральной ассамблеи ООН – это всемирный политический форум, на котором благодаря участию в нем глав государств, правительств и министров иностранных дел, открываются широкие возможности для выяснения настроений мирового сообщества. Это выявляется и через официальные речи с трибуны Генеральной ассамблеи, и беседы в кулуарах, и коллективные встречи. Среди последних я бы выделил значение проведенной 26 сентября встречи Э.А. Шеварднадзе с министрами иностранных дел стран-членов Европейских сообществ, итогом которой стало совместное заявление СССР и ЕС. В нем стороны зафиксировали свою единую позицию по вопросу о кризисе в Персидском заливе, а также в отношении усилий, которые будут ими предприняты в целях урегулирования других конфликтов в регионе, таких, как арабо-израильский, палестинская проблема и ситуация в Ливане. Выраженная в заявлении готовность европейских государств подключиться к работе над этими последними стало вторым после Хельсинки значительным успехом советской дипломатии по возвращению на политическую авансцену проблематики БВУ. По вопросу же о кризисе в Персидском заливе участники встречи заявили, что время не работает на агрессора и лишь усиливает решимость международного сообщества отразить агрессию и полностью восстановить суверенитет Кувейта.
В этом же ключе и последовательности (кувейтский кризис, БВУ) выдержан и совместный документ министров иностранных дел «пятерки» постоянных членов Совета Безопасности, принятый по итогами их встречи с Генеральным секретарем ООН Хавье Пересом де Куэльяром. Министры «потребовали, чтобы Ирак во исполнение воли международного сообщества безоговорочно и незамедлительно убрался из Кувейта, восстановив таким образом полный суверенитет Кувейта под властью его законного правительства, освободил всех заложников, находящихся в Ираке и Кувейте, предоставил всем желающим иностранным гражданам возможность покинуть Ирак или Кувейт и уважал иммунитет дипломатического персонала и неприкосновенность дипломатических представительств в Кувейте».11 Отметив важное значение заседания СБ на уровне министров, они выразили готовность принимать участие в таких заседаниях по мере необходимости (пройдет два месяца, и они вновь соберутся для этой цели).
Внушительную серию двустороних встреч Э.А.Шеварднадзе провел в Нью-Йорке со своими коллегами из стран Ближнего и Среднего Востока, Африки и Азии, в том числе министрами иностранных дел Египта, Сирии, Саудовской Аравии (дважды), Иордании (и еще совместно с Бейкером с наследным принцем Иордании Хасаном), Йемена, Омана, Марокко, Алжира, Турции, Ирана, Индии, Пакистана, руководителем политдепартамента ООП. Встреча с министром иностранных дел Израиля Давидом Леви завершилась договоренностью о преобразовании секций по защите интересов в генеральные консульства (соответственно в Москве и Тель-Авиве), а с министром иностранных дел Бахрейна – об установлении дипломатических отношений и обмене посольствами. Кроме того, ситуация в Персидском заливе обсуждалась с министрами иностранных дел Канады, Австралии, с президентами Кипра и Венесуэлы, а также на двусторонних встречах с рядом министров иностранных дел европейских государств. Всего у Шеварднадзе состоялось около 60 двусторонних переговоров, давших обширный материал для объективной оценки обстановки, складывающейся в связи с кризисом в Заливе.
