В сущности, на этом и закончился их совместный ужин. Меня удивлял тон этой встречи. Кропотов распекал Орлова с Григорьевым, как мальчишек, а те оправдывались перед ним, как проштрафившиеся школьники перед грозным директором школы. Но ведь они не его подчиненные, к тому же, оба весьма успешные бизнесмены. Свое недоумение я донесла до сидевшего в молчании Арсения. Он очнулся и ответил, что Кропотов ОЧЕНЬ ВЛИЯТЕЛЬНЫЙ человек, так что при желании может перекрыть кислород любому питерскому бизнесмену.
Шел уже второй час ночи, утром предстояло идти на работу, так что я сказала Арсению, что пора по домам. Он поднялся и вопросительно посмотрел на меня.
– Давай, сейчас не будем ничего обсуждать, – предложила я. – Тебе надо все обдумать. Если решишь свернуть расследование, я пойму. Макс наверняка тоже поймет, так что о нас можешь не беспокоиться. Ты правильно выбрал сыщиков, с нашей стороны можешь ничего не опасаться.
– Я вас и не опасаюсь, – сказал он. – Просто не знаю, что делать дальше.
– Не спеши с принятием решения.
Я взяла диктофон и понесла его в кабинет, чтобы убрать в сейф. Арсений не сводил взгляд с моих рук.
– Хочешь его забрать? – спросила я.
– Не сегодня.
Он довез меня до дома и на прощание сказал:
– Ты потрясающая женщина. Я тебе очень многим обязан и испытываю к тебе не только благодарность. Но и благодарность тоже. За всё.
Следующий рабочий день выдался очень суматошным. Активная деятельность начальника требовала не меньшей активности и от его секретарши. Я печатала документы, отвечала на звонки, звонила сама, договариваясь о встречах, так что не заметила, как наступил обеденный перерыв. Пообедать я решила в том же пивном ресторане, что и накануне, чтобы без помех позвонить Максу. По дороге размышляла, как построить разговор с ним – говорить о своих вчерашних подвигах или придержать новости до личной встречи. В конце концов, остановилась на втором варианте. Макс прав, ничто не может заменить личного общения – ни телефон, ни даже скайп.
Сделав заказ, я набрала его номер:
– Как дела?
– Нормально, – отозвался он. – Голос был слабым и совсем не вязался с моим представлением о нем.
– Я тебя разбудила?
– Нет, но я сейчас под капельницей, так что близок к тому, чтобы уснуть.
– Тогда спи, не буду мешать. У меня нет никаких новостей, – соврала я, – и не предвидится. Просто работаю секретаршей.
– Григорьев тебя не достает? – все же спросил он.
– Нет. Ведет себя безупречно, так что беспокоиться не о чем. Отдыхай. После работы я к тебе заеду, где-то около семи.
Разговор с Максом меня расстроил. Почему ему не становится лучше? Уже пора бы. И опять волна жалости, а может и нежности, захлестнула меня.
