Ах, какие нынче грозы над тайгой!Гром-бунтарь читал в ночи свой стих крамольный.Тетивой в выси колеблются тугойМимолётные зигзаги – искры молний.А от ливня горше память —Опыт прошлого жесток,Над судьбой нависла тень его живая,И вонзается шипамиВ душу розовый цветок,Незатянутые раны надрывая.Сон лучше помнитЖизни детали,Как был от смерти на волосок…Дикий шиповникСдавит скиталец,Брызнет в ладони кровавый сок.Вспыхнет тишь у горизонта сентябрём,Пряный август безнадёжно-молчалив сник,А скиталец рядом с осенью вдвоёмЛюбовался на луны тысячелистник.От дождя трезвей обоимВдруг задышится, и вотПожелает осень властвовать сама, ноЛечит сердце зверобоем,Да полынью полевой,Заревев от безысходности шаманом.Отцветёт тепло увядшим василькомИ разложит грустно мятные ранетки.Первый снег в настил багряный бросил ком,Осторожный сын седого ветра, меткий.Ну так что же – жребий роздан,И под блеском снежных грудКуст увядший дрогнет неприкрытой голью,Ведь шиповник – тоже роза —Тихо зябнет на ветру…Ах, какие нынче вьюги над тайгою!<p>Отшельник</p>Алый закат перомЧиркнул и вдруг потух.Ветры тут вчетверомСмяли всю теплоту.Зиму бы скоротать,Переболеть тоской,Ну а там – благодать,Воля, да ширь весной.Здесь пурга лицо царапала.Не по ветру, да не вдоль рекиУходил он – что ж, пора, пора,На душе от злобы колики.Это средство от предательства,Что на сердце, на душе ли.И без глупых обязательств онУходил в тайгу отшельник.Вьюга неласковоБьёт по лицу, хмельна.Брызги шампанского —Пыль кружит изо льда.Сменит метель наряд,Снежная борозда.Греет недельнаяЖёсткая борода.Скрип старых кедрачейТешит здесь ноябри.Если притих ручей,Кто-то же должен в крик!Звонкой позёмкой снег,Землю всю запер он.В глади озёр краснелАлый закат пером.<p>Прииск</p>Сорвался по весне на прииск,Внезапно – никому ни слова.Всю жизнь сомнения копилисьИ вот взорвались той весною.Не чтобы доказать кому-то,Не чтобы там озолотиться,Где по утрам в туманах мутно,Где на реку гроза ложится.Не каждый обретёт, что ищет.Везёт настоящим, да смелым.Но души становятся чищеС рассветом уже в мае спелым.Отчаянный мужик – старатель,Всё променял на тишь лесную.Сибирский правильный характер,В нём воля и напор схлестнулись.Тайга здесь вечна и невинна,Нет суеты, обманов подлых.Усталость иногда давила,Но для души-то вечный отдых.Здесь пляжей нет и кос песчаных,И эту вечность не нарушить.Здесь небо для бродяг отчаянныхОтмыть не золото, а души.Поспела среди мхов морошка,Дождями просеки покрылись.Всё ради них оставив в прошлом,Сорвался по весне на прииск.
