По траве, по прошлогоднейПоздней ночью в половодьеМеж проталин на весеннем снегуПроскочивши оцепленье,Горлом хриплым от цепей нем,Одиночкой-волком к свежей воле бегу.Как фонарь луны назойлив,Трёт на нервах мне мозоли,Не даёт мне хладнокровно уйти.Звёзды, как из ружей нектоВ меня целят свой прожектор,Но я рискну – пройду запрет за буйки.Не решился уйти на рывок,Корешей уговаривать зря.Опьянённый весной старый волкВ ночь за решку ушёл втихаря.Шёл к весне – не подводит чутьё,Верно к воле, да к дому ведёт.Окружил март, уйти не даёт.Эх, проскочим, авось повезёт!Утром вышлют два наряда,А пока – привал – коряга,Всё же лучше, чем нары и трюм.Снег уже теплом обглодан,Мне б не выйти на болото,Да не сделать лишний круг и петлю.Лес в подснежниках-кристаллах…Голод, сон, мороз, усталость,Только воля мне дороже всего.Здесь светает незаметно,Быстро кружится планетаВокруг линии своей осевой.На снегу, на грязно-рыхломНочь бушующая стихла,Утро стёрло звёзды все над тайгой.Там, на вышках пересменка,Скоро лес прочешут стенкой,Я бегу всё осторожней, тайком.Я не волк уже, я заяц,Всяких шорохов пугаясь —Кто ж их знает, как мне могут путь перекрыть?Скоро городская трасса,Надо с силами собраться,Ах, как мне пригодятся чуткость и прыть…<p>Последний побег</p>
Вадиму Туманову
В этом мире, отнюдь неспокойном,Он не бился за славу, не жаждал побед.Просто цель была – выйти к тем поймам,За которыми насыпи серый хребет.Не пропасть бы, дойти до железки,Ну а там – на попутный, восток или юг…А пока и словцом даже не с кемПереброситься и протоптать колею.И пока он, как ветер не пойман,Двое суток по горьким пожарищам,А потом – меж болот и к тем поймам,У которых овраги лежат, треща.Вдаль гнала, точно конь, злоба, гривойНеобузданно, бешено в ночь тряся,А наутро кедрач обагрила,Но запал не сгорел, не погас, не иссяк.За тайгою осенней, просторнойСнова пал клок багровой, закатной парчи.Даже жажда давно стала нормой,Снами хвойными в горле просохшем горчит…Дым костра и полынь, да щетинаХоть немного спасают здесь от комарья.А усталость едва ощутима —Лишь на пару часов сновиденья сморят.Жалко, не прихватил карабина —Собирал, видно, в спешке и наскоро бог,Да твердят – нет его. Как обидно!Но досаднее, что отсырел коробок…Он не шёл, не стремился к победам,Но объятия насыпи холм распростёр.И, простившись с последним побегом,Погасил свой последний таёжный костёр.<p>Пуля</p>
