— Мне, однако, стало любопытно, а откуда он-то узнал, что я ничего не смыслю в драконьем покере? — Я улыбнулся Живоглоту, пытаясь показать все свои зубы так, как это делает Ааз. — Видишь ли, я хочу поговорить не о сегодняшней игре. Я надеялся, что ты сможешь немного просветить нас насчет
Девол нервно огляделся, натыкаясь взглядом на хмурые лица собравшихся.
— Я… я не понимаю, что ты имеешь в виду.
— Позволь мне облегчить тебе задачу. Я уже понял, что в той игре наверняка не обошлось без шулерства. Только так ты мог узнать, какой я слабый игрок в драконий покер. Ты каким-то образом подбрасывал мне нужные карты, чтобы я наверняка крупно выиграл, достаточно крупно, чтобы включить в выигрыш Клади. Мне просто любопытно, как это можно сделать, не прибегая к магии или телепатии.
Живоглот съежился в своем кресле и как будто даже стал меньше. Когда он заговорил, голос его звучал так тихо, что мы едва его слышали.
— Крапленые карты, — признался он.
Тишина была взорвана.
— КРАПЛЕНЫЕ КАРТЫ???
— Но как…
— Разве это не…
Я махнул рукой, прося помолчать.
— Это имеет смысл. Подумайте, — обратился я ко всем, — а еще лучше вспомните о нашем путешествии на Лимбо и то, как там было трудно замаскироваться, не прибегая к магии. На Базаре все настолько привыкли к магическим штучкам, что забывают о существовании немагических способов делать то же самое… вроде накладных бород или крапленых карт.
Живоглот теперь поднялся на ноги.
— Ты не можешь ставить мне это в вину! Ну, допустим, заплатил мне некто за обеспечение твоего выигрыша. Черт возьми, на мой взгляд, ты должен быть доволен. В итоге-то ты с прибылью, не так ли? Из-за чего же тут злиться?
— Держу пари, если я очень постараюсь, то смогу что-нибудь придумать.
— Слушай, если ты хочешь мести, то считай, что уже отомстил. Сегодня вечером я потерял целое состояние, ставя против тебя. Ты жаждешь крови? Так я истекаю ею!
Девол заметно вспотел. Впрочем, почему-то он всегда немного нервничал, находясь рядом со мной.
— Успокойся, Живоглот. Я не собираюсь причинять тебе вреда. Если я что и сделаю, так это помогу тебе… как ты помог мне.
— Да? — с подозрением переспросил он.
— Ты сказал, что у тебя трудности с наличными. Мы это исправим.
— Что?!! — взревел Ааз, но Тананда ткнула его в ребра, и он впал в мрачное молчание.
— Банни?
— Да, Скив?
— Я хочу, чтобы ты завтра перво-наперво сбегала в «Равные шансы». Посмотри бухгалтерские книги, проведи инвентаризацию и подсчитай, сколько по максимуму может стоить это заведение…
Девол моргнул.
— Мой клуб? Но я…
— …а потом набросай нам соглашение на предмет освобождения от этой обузы Живоглота… за половину выведенной тобой цены.
— Что?!! — завопил, забыв о страхе, девол. — Почему это я буду продавать свой клуб за…
— …большую сумму, чем он будет стоить, если пойдет гулять слух о твоем шулерстве? — закончил я за него. — Потому что ты прожженный делец, Живоглот. Кроме того, тебе нужны деньги. Верно?
Живоглот с трудом сглотнул, а затем провел языком по губам, прежде чем ответить.
— Верно.
— Чего-чего, Живоглот? — нахмурился Ааз. — Я тебя не совсем расслышал.
— Я расслышал, — твердо сказал я. — Ну, не смеем тебя больше задерживать, Живоглот. Я знаю, ты хотел бы вернуться в клуб и немного прибраться. Иначе нам придется сократить сумму, в которую мы его оценим.
Девол хотел было что-то прорычать, потом счел, что лучше не стоит, и скрылся в ночи.
— Как по-твоему, партнер, этого хватит на возмещение ущерба? — невинно осведомился я.
— Скив, иногда ты меня изумляешь, — поднял в мою честь кубок Ааз. — Теперь, если больше нет никаких сюрпризов, я готов отпраздновать победу.
Это было соблазнительно, но я находился на гребне волны и не хотел упускать такого момента.
— Есть еще одно дело, — объявил я. — Теперь, когда мы разобрались с Топором и Малышом, думаю, нам следует заняться более важной проблемой… пока вы все здесь.
— Более важной проблемой? — нахмурился мой партнер. — Что еще за проблема?
Я глубоко вздохнул.
Вся команда неотрывно глядела на меня, когда я перекатывал в руках кубок с вином, пытаясь решить, с чего начать.
— Во время этого последнего кризиса вам могло показаться, что я думаю о чем-то не о том, — начал я в конце концов. — Это действительно так. Я размышлял над одной проблемой, которую раньше не замечал… Это очень важная проблема. Настолько важная, что все остальное мне кажется гораздо менее важным.
— О чем это ты, партнер? — нахмурился Ааз. — Я ничего такого не заметил.
— Ты сам это только что сказал, Ааз. Ключевое слово тут «партнер». Для нас-то с тобой дела обстоят очень даже неплохо, но мы в этом доме не одни. Когда мы говорили с Коррешем и он сказал, что его жизнь — не забавы и развлечения, мне потребовалось некоторое время на разгадку, но в конце концов я понял, в чем дело.
Я посмотрел на тролля.
— Дела у тебя, что ли, идут неважно, Корреш?
— Ну, я не люблю жаловаться…
