Я был исполнен гордости, но молчал, так как очень опасался испортить величие момента какой-нибудь глупостью.
Когда всеобщее кудахтанье прекратилось, Ааз расстелил карту на столе.
— Приступим к работе, — сказал он. — Нам необходимо выяснить, где находится источник энергии, питающей заклятие, наложенное графом Жвачником на это измерение.
Я внимательно посмотрел на голубые потоки, возносящиеся в воздух с поэтажного плана за́мка. Карта была настолько совершенной, что показывала все этажи строения. Казалось, будто смотришь не на плоский лист, а в аквариум. Это было красиво, но в то же время порождало какую-то тревогу.
— Посмотрите-ка на подземный этаж за́мка, — сказала Танда.
Я настроил зрение так, чтобы увидеть самые нижние этажи крепости, и сразу же заметил то, на что обратила внимание Танда.
Исходящая из недр горы широкая, мощная струя энергии внезапно истончалась, словно бо́льшая часть ее сливалась в какую-то невидимую глазу дренажную систему. Энергии, попавшей в этот слив, было вполне достаточно, чтобы наложить мощное заклятие на целое измерение.
— Похоже, что мы нашли это место, — сказал, удовлетворенно кивая, Ааз.
— Согласен, — произнес я, припомнив, как действовал на меня энергетический поток, когда я парил над этой точкой.
— Где вы раздобыли этот план? — изумленно спросил Харольд. — Ничего подобного я раньше не видел. Здесь не должно быть никакого коридора, и я не знаю, куда может вести вот этот туннель.
Я бросил на Ааза вопросительный взгляд, и он ответил мне улыбкой.
— Вы видели его раньше, — сказал я, восприняв улыбку наставника как поощрение. — Он начертан на потолке библиотеки.
— Быть того не может! — произнес Харольд, растерянно тряся головой.
— Можете убедиться сами, — сказала Танда. — Я тоже его не сразу рассмотрела. Скив увидел план за́мка первым.
Харольд смотрел на нас так, словно у Танды и у меня поехала крыша.
Но осуждать его за это я не мог. Если бы я, прожив в изоляции немыслимое число лет, не углядел карты, указывающей возможный путь спасения, я тоже не поверил бы.
Он что-то прошипел и устремился в библиотеку.
— Итак, — сказал я, — нам известно, в каком месте граф Жвачник подключился к энергетической системе. Но как нам перекрыть этот поток?
— Придется спуститься вниз, — ответил Ааз, — и попытаться хотя бы на секунду разорвать течение магической энергии, отклонив поток или перекрыв его.
Я еще раз посмотрел на бьющую из-под земли мощную струю волшебных сил. Небольшие энергетические ручейки я перекрывать мог, но с таким могучим потоком справиться был не в силах. Да и никто другой с ним, судя по всему, не смог бы совладать. Но задавать вопросы настроения у меня не было.
Вернулся Харольд. Он был смущен и пребывал в полном замешательстве.
— Что произойдет, если мы поток перекроем? — спросила Танда.
— Все заклятия, наложенные графом Жвачником, скорее всего будут сняты, — глядя на план, ответил Ааз.
— И к моим людям опять вернутся рассудок и способность бороться за освобождение, — добавил Харольд.
— Оно конечно, — заметил я, — зато вампиры тоже будут в наличии каждый день в течение всего года.
— Половина вампиров погибнет в тот миг, когда они перестанут быть коровами, — ответил Ааз. — А те, кто переживет первый удар, будут ждать восхода солнца без пищи, крова и одежды.
— Как вы считаете, сохранятся ли после этого в мыслях моих людей воспоминания о ежемесячных столпотворениях?
— Несомненно, — ответил Ааз. — Вы же никогда не забывали о них, хотя ваш разум в полном порядке?
— В таком случае люди начнут охотиться на оставшихся вампиров и не закончат охоты, пока не истребят всех.
— И вы сможете уйти из за́мка, — вставил я.
— Если мы освободим мир от вампиров, у меня не будет нужды уходить отсюда, я останусь в за́мке, чтобы помочь моим людям восстановить нормальную жизнь.
В ответ я только покачал головой. Мне казалось, что освобождение его народа случится не сегодня и не завтра, а значительно позже.
— Но на мой вопрос о том, как остановить поток, так никто и не ответил, — произнес я.
О необходимости спускаться в недра горы мне даже думать было противно, но я сильно подозревал, что они именно меня отправят в эти гнусные подземелья, куда сотни лет не ступала нога ни человека, ни коровы.
— Золото, — устало произнесла Гленда. — Золото может остановить поток, если вы сумеете собрать достаточно металла и сосредоточить его в одном месте.
Ааз глубоко задумался.
Танда тоже погрузилась в мысли.
Мы же с Харольдом недоуменно посмотрели друг на друга.
Поскольку мы были всего лишь учениками чародеев, ни один из нас не понял, почему все остальные задумались.
— Полагаю, что это может сработать, — сказал Ааз. — Отличная идея, Гленда. Мы все тебе благодарны.
Гленда ничего не ответила. Создавалось впечатление, что чем ближе мы подходим к решению проблемы, тем мрачнее и отрешеннее она становится. Но я был страшно зол на эту предательницу и не хотел спрашивать, что с ней происходит.
— У меня остаются вопросы, — не унимался я. — Как мы туда спустимся с грузом золота, достаточного для усмирения потока? Кто сможет его тащить?
