— Мой жетон. Я агент разведки Ратиславии. Мне прекрасно известно, кто вы такие. И если вы наделены достаточным здравым смыслом, мы могли бы помочь друг другу.
— Каким образом?
Эскина с заговорщическим видом наклонилась ко мне.
— На протяжении определенного времени я слежу за в общем-то незначительным существом по имени Раттила, который стремится стать волшебником. Ему удалось похитить экспериментальное философское устройство из одной научно-исследовательской лаборатории в Ратиславии.
Все сказанное было для меня совершенно ново, однако Маша кивала головой.
— У меня есть кое-какие вещи оттуда, — сказала она. — Очень хорошая работа и вполне надежная. Весьма профессионально. Работают они в основном с драгоценными металлами.
— Верно, — согласилась Эскина. — Я как раз и ищу предмет, изготовленный из чистого золота. Заметить его нетрудно, но, увы, он слишком мал. Я просила этих идиотов помочь мне, — она сделала презрительный жест в сторону Парваттани, — но они ответили насмешками.
— Она все выдумывает, — настаивал Парваттани.
— Откуда вам известно? Вы же ни разу не выслушали меня до конца!
Меня начала утомлять их перепалка.
— Вам не надоело? — обратился я к Маше и Коррешу.
— Ладно! — воскликнула Эскина, немного смутившись. — Вот, что мне известно. Возможно, после того, что я расскажу вам, мы сможем работать вместе.
— А откуда вы знаете, зачем мы сюда прибыли? — спросил я подозрительно. — Мы ведь только выбираем туфли для этой дамы.
Эскина махнула рукой.
— Я целый день следовала за вами. Я слышала все, что вы говорили господину Моа и о чем спрашивали владельцев магазинов. Если только вы не пытались ввести здесь всех в заблуждение, у нас с вами одни и те же цели.
— Продолжайте, — попросил я, явно заинтригованный.
По крайней мере она весьма и весьма наблюдательна.
Жаль, что немногие из тех, с кем я общаюсь, могут похвастаться подобным достоинством.
— Устройство, о котором идет речь, представляет собой волшебный усилитель огромной мощности. Ратиславия гордится своими достижениями в магии и в науке. Наши алхимики работали над ним с целью отыскания способа усиления действия магических чар в местах, где немного силовых линий, таких, к примеру, как наше измерение. Мы знаем, что способны на очень многое, однако наш исконный талант в использовании магии весьма и весьма ограничен. Тем не менее мы надеемся осуществить значительно более грандиозные проекты. Однако пока средств для этого у нас недостаточно. Великий Главный Волшебник, который — простите мне мою откровенность — скорее великий болтун, нежели на самом деле великий маг, каким он склонен себя считать, полагает, что с помощью разработанного в лаборатории устройства мы сможем осуществить грандиозный прорыв, после чего и в Ратиславии будут свои настоящие волшебники. В настоящее время существуют только прототипы упомянутого устройства. Для всех и каждого оно пока не работает. Но основной потенциал, по всей вероятности, находится именно здесь. Данный прототип был наиболее мощным. Наши руководители возлагали на него главные надежды. Однако он исчез.
— Вам известно, кто его похитил? — спросил я.
— Этого не мог сделать никто, кроме Раттилы, — ответила Эскина, разведя своими маленькими, похожими на кошачьи лапки ручками.
— То есть один из ваших потенциальных волшебников? — спросила Маша, профессионально прищурившись.
От возмущения Эскина даже фыркнула:
— Черт! Конечно, нет! Он работал уборщиком в здании, где располагается лаборатория. Лакеем. Боюсь, что ум ему полностью заменяли амбиции. Когда устройство и он одновременно исчезли, мы начали расследование. Никаких следов Раттилы мы не нашли, из чего сделали вывод, что, воспользовавшись скрытой силой устройства, он перескочил в другое измерение. Его мать была крайне удивлена. Она сказала, что всегда считала его забитым тихоней.
— Ага, — кивнул я. — Вот за такими-то тихонями и нужен глаз да глаз.
— Верно, — вздохнула Эскина. — Теперь приходится только сожалеть, что мы были недостаточно внимательны. Но сколько же глаз нужно иметь, чтобы проследить за всеми уборщиками и дворниками?! И что, нам теперь не принимать на работу забитых тихонь? Да? И для подметания помещения и очистки воздуха от эктоплазмы с помощью очистительных чар по вечерам, когда сотрудники лаборатории расходятся по домам, мы должны нанимать разговорчивых и коммуникабельных претендентов? Как мне кажется, это может создать для нас еще большие сложности, чем работа с не очень общительным персоналом.
— У меня другое мнение, — заметил я. — Я имею дело только с энергичными индивидуалистами-жизнестроителями. Все остальные — лентяи, которые стремятся к спокойному, сонному существованию и никогда не способны самостоятельно решить проблему.
Эскина кивнула.
— Как мне кажется, мы друг друга поняли.
— Все, о чем здесь говорится, не имеет никакого отношения к нашим ворам, — пробурчал Парваттани.
