— Ааз, нет, — воскликнула Маша, схватив меня за руку. — Я пыталась от них отбиваться, но они прорезали дыру сзади и проникли внутрь в обход охраны. Создавалось впечатление, что они заранее знали, каким из своих приспособлений я собираюсь воспользоваться, и приготовили контрметод. Они оглушили его каким-то очень сильным магическим средством и унесли с собой!
—
— Да, — ответила Маша. — Я сделала все, что в моих силах, чтобы остановить их, но они располагали численным превосходством. Мне очень жаль, Ааз!
— Кто его взял? — крикнул я.
Маша печально взглянула мне прямо в глаза.
— Восемь «Скивов».
Неудивительно, что нести тролля восьми существам, которые по силе значительно ниже среднего, было, мягко говоря, тяжеловато. Они постоянно роняли его на твердый кафельный пол. Корреш, конечно, начал бы протестовать, будь у него свободен рот, но двое пентюхов — он ни при каких обстоятельствах не назвал бы их «Скивами», даже мысленно — заклеили ему рот липкой лентой.
Он несколько раз пытался вырваться, но безуспешно. Как же так получилось, что восьмерым хилякам удалось справиться с ним, обладателем грандиозной силы? Корреш подозревал, что дело было не в них. Они всего лишь рабочие пчелы. Повелитель же роя — другой, и именно он — источник заклятия, лишившего Корреша его прославленной силы, а Машу ее магических способностей.
К носильщикам присоединилась девятая фигура, ухватившаяся за левое плечо Корреша. Сердце Корреша бешено забилось. В первое мгновение ему показалось, что Ааз обнаружил похищение и пришел ему на подмогу, но, как оказалось, это был изверг… э-э… извергиня.
— Как несправедливо! Почему я не могу быть со всеми вместе?! — воскликнула извергиня капризным тоном.
— Потому что ты потеряла свою карточку Скива, — ответило одно из милых пентюхских лиц. — Большой Сыр их не восстанавливает, ты же знаешь!
Извергиня что-то проворчала в ответ. Группа засеменила дальше, старательно огибая углы. Корреш пытался следить за всеми поворотами, которые они делали, но он не привык определять направление по потолку.
— Чер-р-рт! — процедил сквозь зубы ведущий группы. — У нас на пути патруль! Эй, ты, замаскируй нас!
Корреш краем глаза заметил, как рядом с ними появилось еще что-то зеленое, но теперь темное и гладкое. Это была подруга Ааза Хлоридия.
— М-м-м-м! — замычал Корреш, но ни один из ее четырех глаз не обратил на него ни малейшего внимания. На лице Хлоридии застыло выражение тупого повиновения. Он был потрясен. Значит, и она стала жертвой «карточной магии» Раттилы.
— Ну вот, — недовольно проворчал самозванец, тащивший левую ногу Корреша. — Мы не можем оставить его. Замаскируй нас!
По приказу самозванца Хлоридия начала что-то произносить нараспев на незнакомом языке. И через мгновение пентюхи, несшие его, превратились в сборище здоровенных джиннов в комбинезонах. Корреш с содроганием подумал, во что они могли обратить его.
— Превосходно! — воскликнул руководитель. — А теперь иди купи чего-нибудь. Мы тебя позовем, если ты нам понадобишься.
— М-м-м-м-мх! — снова замычал Корреш, изо всех сил пытаясь привлечь ее внимание, но Хлоридия уже отвернулась от него и ускользнула прочь.
Пентюхи-джинны взвалили его на плечи и вновь отправились в путь.
Коррешу пришлось увидеть еще много разных узоров на потолке, почувствовать, как бандитская партия несколько раз меняла направление, пока наконец они не перенесли его через какой-то порог. Аромат вокруг был ему чем-то знаком. Это была смесь запаха серы с чем-то напоминающим аммиак. Поверх плеч мнимых джиннов Коррешу удалось разглядеть высокие полки, доверху заполненные мириадами пар голубых брюк, которые почему-то так нравятся пентюхам. Значит, он находится в «Вулкане». Но куда же они в таком случае тащат его?
В поле периферийного зрения пролетали ряды за рядами разнообразных примерочных. Корреш пытался вести счет дверям. По своему первому визиту в «Вулкан» он помнил, что магазин располагается в нескольких измерениях. Возможно, главная причина, по которой никто никак не мог обнаружить местонахождение Раттилы, и заключалась как раз в том, что оно располагалось не в этом, а в каком-то другом измерении.
Ответ, к удивлению Корреша, пришел раньше, чем он предполагал. Мимо пролетело, наверное, несколько сот разных дверей, когда его эскорт вдруг резко повернул налево, нырнул под ярко и безвкусно раскрашенную занавеску и оказался в жарком, сыром и темном помещении. Как только они вошли туда, их маскировка тут же исчезла.
Глаза Корреша, гораздо более чувствительные, чем у многих других живых существ, сразу же приспособились к темноте. Кроме того, он мгновенно почувствовал, что их группа начала спуск вниз. С потолка падал слабый свет, придававший пентюхским физиономиям сходство с лицами прокаженных. Сверху доносился какой-то вой.
— Э-хе-хе! — провозгласил один из самозванцев. — Сдается, Большой Сыр дома.
— Ну-ну… что же вы такое мне принесли? — произнес скрипучий голос с внушающей ужас алчностью.
