«О Шива, – сказали они, – Майя, сын Випрачитти, могучий и коварный, воздвиг неприступную крепость Трипуру и оттуда угрожает нашей власти. Асуры насмехаются над нами, как над рабами, и нет у нас защиты от них. Они погубили сады и рощи в нашем царстве; там, где раньше веселила наши взоры божественная роща Нандана, ныне голо и пусто. Они похитили самых красивых апсар и насильно увели их в Трипуру. Они угнали в свою столицу слонов и коней Индры; и коней небесного владыки они ныне запрягают в свои колесницы. Они унесли с собой в Трипуру наши сокровища, и мы не знаем, как вернуть их обратно. Сама наша жизнь в опасности ныне, и нам осталось уповать только на тебя и твое могущество».
«Да будет вам благо, о боги, – ответил им преславный Шива. – Я всегда желал вам мира и счастья и теперь желаю того же. Отбросьте страх ваш и тревогу; я уничтожу твердыню асуров, которая вам столь ненавистна. Но и вы должны помочь мне снарядить к бою мою колесницу».
И боги принялись готовить к битве колесницу великого Шивы[322]. Не было равных ей ни у кого из бессмертных властителей мира. Земля была ей основой, гора Меру – сиденьем, гора Мандара – осью, а солнце и луна – ее золотым и серебряным колесами; небесная твердь была передком той колесницы. Четыре Веды стали конями, запряженными в колесницу Шивы, а дугами были четыре юги[323]– четыре века, на которые разделяется время, прошедшее с сотворения мира: Критаюга – Золотой век, Третаюга – Серебряный, Двапара – Медный и Калиюга – нынешний, Железный век. Огромный змей Дхритараштра заменял поводья в этой упряжке.
Страшные ядовитые наги, сыновья и внуки Васуки, властителя змей, стали огненными стрелами в колчанах грозного Шивы; луком ему служил Самватсара – Год, отмеряющий время, а тетивой на нем была Каларатри[324]– Ночь кончины мира – сестра Ямы.
Боги снарядили эту вселенскую колесницу, и Шива, довольный, похвалил их искусство. Потом он сказал: «О боги, мне нужен теперь искусный колесничий, чтобы превосходил он и меня, и все, из чего сделана эта колесница». – «Кто же может быть возничим на этой колеснице?» – подумали боги. Они пришли в замешательство, и тревога охватила их. «Что нам делать? Неужели никогда не будет сокрушена Трипура?» – причитали они. Тогда сам Брахма, видя их смятение, сжалился над ними и молвил: «Я буду возничим у Шивы». Он стал на колесницу и взял бразды в свои руки, а боги возликовали и испустили радостные клики.
И Шива, довольный, взошел на колесницу; кони-Веды натянули постромки, но от тяжести великого бога они склонились до самой земли и, упав на колени, зарылись мордами в прах. Шива поднял их могучей рукою, и снова боги испустили ликующий крик, подобный реву океана во время бури. «Победа, победа тебе, о Шива!» – восклицали они. И Брахма, божественный возничий, повел колесницу Шивы к Трипуре.
Боги последовали за колесницей; Яма ехал на своем огненном буйволе[325], держа в руках жезл и петлю, которою он уловляет грешников; Индра восседал на белом слоне Айравате, потрясая своей грозной ваджрой; Сканда следовал за колесницей своего отца верхом на павлине, Агни ехал на баране, Ваю – на олене. Змей Шеша охранял передок колесницы Шивы, где стоял Брахма, а Ушанас и Брихаспати, блистательные мудрецы, охраняли ее колеса; сзади же ехал слуга Шивы Нандин на его быке, с его знаменем и трезубцем[326], за ним – Ганеша верхом на крысе, а позади, возглавляемые Андхакой, шли праматхи[327], зловещие демоны из свиты Шивы, оглашая окрестность страшными кликами, подобными львиному рыку.
И вскоре колесница Шивы приблизилась к Трипуре. На высоких стенах ее ожидали боя несметные полчища асуров. Воины Майи притаились в крепостных башнях, держа оружие наготове. Все затихло кругом перед неотвратимой битвой.
Шива окинул взглядом твердыню асуров, возвышающуюся над небесным сводом, и неисчислимое войско Майи; и он сказал, обращаясь к Индре: «Асуры приготовились к бою. Их рать несметна, и воины Майи горят злобой и жаждут победы над нами. Видно, были у асуров зловещие знамения, и они почуяли, что близится час кровавой битвы. Отвлеки, о Индра, от меня их внимание и начни в стороне горячий бой с асурами Майи. Возьми в помощь себе мою свиту. А сам я буду стоять здесь на колеснице и постараюсь отыскать брешь в укреплениях Майи, а когда наступит благоприятное время, одной стрелой обращу всю Трипуру в пепел».
По знаку Индры небесное воинство двинулось на Трипуру. Загремели барабаны, воины запели боевые песни, и великое волнение охватило защитников крепости. Одни из них пылали злобой и, потрясая оружием, яростно рычали, с нетерпением ожидая схватки. Другие в предчувствии неминуемой гибели метались по крепости и вопрошали друг друга: «Почему такой страх сковал наши души? Что ожидает нас в этой битве – смерть или победа? Зачем сюда явился сам грозный Шива, что восседает, как лев перед прыжком, на своей огромной, как горная вершина, колеснице? Почему предчувствие недоброго сжимает наши сердца? Что надо Шиве от обитателей Трипуры?»
