Не по своей воле выбрал воин эту роль, но звон оружия и крики людей не позволяли ему медлить. Вдруг среди окружающей суматохи Сренг оказался перед Нуаду, вражеским правителем, который только что извлек свое копье из груди павшего воина и готовился искать нового противника.
Сренг, влекомый жгучей яростью, бросился на него. Нуаду не ожидал нападения, и сталь глубоко вонзилась в его плоть. Рука короля безвольно упала на землю, но владыка Туата Де Дананн не сдался. Крепко схватив оружие единственной здоровой рукой, он сражался с таким рвением, что сумел отбросить противника назад. Сренг упал на колени, и Нуаду взревел:
– Я готов пощадить тебя и твой народ, но бой должен прекратиться немедленно! Ваши люди займут пограничные земли Ирландии и будут проживать там. Все остальное вернется моему народу!
Брес двинулся вперед, готовый поддержать своего раненого государя, и тогда Сренг согласился сдаться и уступить Тару людям Туата Де Дананн.
В тот день Нуаду выиграл битву, но потерял корону. С искалеченной рукой он больше не мог править своим народом. Законы Туата Де Дананн гласили: на трон мог взойти только человек, совершенный как духом, так и телом. Посему Нуаду пришлось отречься от престола и уступить место одному из любимых своих воинов. Брес проявил отвагу в бою и был хорош собой. Никто не возражал против его правления, но вскоре у Туата Де Дананн появились причины горько пожалеть об этом решении.
По происхождению своему Брес был наполовину фомором и поэтому позволил тем, кто когда-то изгнал его народ из Ирландии, обложить людей тяжелой данью. Надежды на процветание после победы не оправдались, народ Туата Де Дананн начал бедствовать. Люди были вынуждены отказаться от большей части своего урожая и почти всего молока, что давали их животные. И как будто этих страданий было недостаточно, Брес обрек своих подданных на непосильный труд. Огма, который всегда мог украсить вечера своим поэтическим талантом и любил порадовать сердца слушателей песнями и легендами, теперь был вынужден беспрестанно носить во дворец огромные вязанки дров. Дагда дни и ночи напролет проводил в грязи и сырости, без сна и отдыха, строя большие дамбы, которые должны были укрепить оборону королевства. Тронный зал погрузился в молчание, опустев без пиров и балов, ведь новый король больше не приглашал к себе ни бардов, ни поэтов. И даже самые большие заслуги оставались незамеченными черствым королем.
Нуаду был щедрым, благородным и справедливым правителем, тогда как Брес не стоил даже его тени. Все Туата Де Дананн теперь понимали это, однако не было никакой возможности восстановить Нуаду на троне, ведь законы запрещали править человеку с физическим увечьем.
Целитель Диансехт пытался найти решение. Используя магию и полагаясь на свое мастерство врачевателя, он смог выковать для Нуаду серебряную руку, способную двигать пальцами, отчего тот получил прозвище Аргетлам («с серебряной рукой»). Миах, сын целителя, со временем способностями превзошедший отца, добился еще большего: после долгой подготовки и использования древних чар ему удалось покрыть плотью и кровью серебряную руку короля, что сделало Нуаду именно тем, кем он был до роковой битвы.
Теперь никто не мог воспрепятствовать его возвращению на престол. Народ ликовал, радуясь возвращению старого короля. Брес пытался сохранить власть, но было ясно, что никто не захочет встать на его сторону. Нуаду был законным правителем, и Лиа Файл, Королевский Камень, радостным ревом поприветствовал его триумфальное возвращение.
Тара сбросил с себя прежнюю печаль среди песен на великом пиру, а Брес, отвергнутый своими же подданными, ушел в ночь, спрятавшись за тяжелым плащом. Эхо музыки и смеха затихло вдали, когда он ступил на земли фоморов. Его отец был одним из них, и именно к нему в своей обиде обратился Брес. Народ Туата Де Дананн должен заплатить за то, что свергнул его с трона, а старые гиганты, населявшие остров с незапамятных времен, станут лучшими союзниками в его мести.
На троне, подбитом толстым мехом, украшенном костями и рогами животных, вырисовывался огромный силуэт с выпирающим животом. Единственный желтый глаз, сверкающий как у хищника, наполнял зал зловещим светом. Резкий и жесткий смех Балора по прозвищу Дурной Глаз прозвучал как гром, когда Брес склонился перед ним.
Теперь, когда Нуаду вернулся на трон, пришло время освободиться от ига фоморов. Этот воинственный народ совершал набеги на земли Туата Де Дананн и облагал тяжелой данью самых слабых. Победить этот народ было нелегко, ведь во главе его стоял гигант Балор Дурной Глаз, который скрывал великую мощь под своим единственным веком, всегда держа его закрытым. Ребенком он по неосторожности наклонился над котлом, в котором друиды готовили зелье. Ядовитые пары, клубившиеся над варевом, ударили ему в глаз, и с тех пор он держал его закрытым, ибо смерть настигала любого, кто осмеливался встретиться с ним взглядом.
