Мифы и легенды Огненной дуги полностью

Затянувшееся затишье на фронтах в СССР действует на солдат угнетающе. Они говорят: «Лучше двигаться на запад, чем стоять на месте». (Из показаний солдата 78-й шд Юрковича Франца). Среди последних пополнений в 9-й А противника вливается большое количество солдат не немецкой национальности или немцев с территории, не входившей ранее в состав Германии (слове нов, люксенбуржцев, эльзасцев), которые в большинстве своём настроены пораженчески и не хотят воевать за немцев. Перебежчик из 215-го штурмового полка 78-й штурмовой дивизии Кугель Франц заявил: «Я не солдат, а люксенбуржец». Поэтому он говорит, что не желает воевать за Германию. Эти пораженческие настроения часто исходят из тыла, в письмах от родных. Большое воздействие на ухудшение морально-политического состояния немецких солдат продолжают оказывать бомбардировки англичанами западных областей Германии»[359].

О снижении боевого духа свидетельствуют и трофейные источники. В них отмечается опасная для вермахта тенденция увеличения случаев добровольного перехода на сторону Красной Армии военнослужащих-немцев. Например, 17 июня 1943 г. оперативное управление штаба 9-й А донесло в группу армий, что в 78-й шд произошло чрезвычайное происшествие: к русским перебежало 6 немцев, из которых 4 «фольксдойче». Подобного рода происшествия были и раньше, и рассматривались они как серьёзные. Руководству разведки армии было поручено тщательно расследовать его причины, а тыловики получили распоряжение задержать запланированную отправку на фронт около 150 призывников «фольксдойче». Кроме того, штаб Эльверфельдта потребовал более тщательно изучать прибывающее пополнение в учебных частях[360]. Свидетельством того, что эта тенденция шла по нарастающей, явится переход на сторону Красной Армии уже в

ходе операции «Цитадель» ряда военнослужащих 9-й А, среди которых будет и исполняющий обязанности командира 2-го батальона 11-го моторизованного полка 9-й тд обер-лейтенант Г. Франкенфельд[361], по национальности немец. Представить такое, например в 1942 г. – крайне трудно.

И тем не менее следует отдать должное нашему противнику: немецкая военная машина в это время, хотя и с возрастающим напряжением, но работала все ещё исправно. Поэтому советская армейская разведка справедливо указывала на то, что «в целом политико-моральное состояние частей противника, действующих против 13-й А, остается удовлетворительным»[362].

А теперь рассмотрим численность ударной группировки Моделя, т. е. войск, выделенных непосредственно для реализации «Цитадели». В операции планировалось использовать все соединения армии, кроме 20-го ак и 102-й пд из 46-го тк, которые тем не менее должны были поддерживать наступающих соседей своими огневыми средствами с места. Следовательно, в боевой клин вошли 18 дивизий: 13 армейских (4 танковых (2, 9, 18 и 20-я), 9 пехотных и штурмовых (6, 7, 31, 86, 216, 258, 292, 383 и 78-я), 3 – из резерва ГА «Центр» (10-я мд без танков), а также 2 – из «группы Эзебека» (4 и 12-я тд). Списочный и боевой состав этих соединений на 4 июля 1943 г. приведен в таблице № 1.

Кстати, в своих мемуаровах Э. фон Манштейн отмечает, что ГА «Центр» для наступления выделила якобы не одну, а две моторизованные дивизии[363]. Российский исследователь полковник А.В. Лобанов называет даже её номер – 20-я и добавляет, что она, вместе с 8-й тд, находилась в резерве Клюге[364]. Возможно, фельдмаршал имел в виду 36-ю пд. Она действительно была моторизованной, но задолго до начала Курской битвы. Уже с середины 1942 г. это соединение комплектовалось как обычное пехотное, хотя и именовалаось моторизованным, а к началу июня 1943 г., вероятно, её переименовали, т. к. в трофейных документах 9-й А за июль она уже проходит, так же как и её полки, как пехотная. Что же касается 20-й мд, то в архивных источниках за период «Цитадели» такое соединение в действиях на орловской дуге не упоминается.