<p>Лозанна-1923: русские морозы вместо национального очага армян в Турции</p>

В этой связи напомним причины, которые вызвали серию публикаций, посвященных генезису карабахского конфликта. Полемика, как справедливо подметил Айдын Мелик-Мирзоев, была развернута вокруг опубликованной Уиллом Инглундом статьи в Washington Post, в которой содержалась фраза о «передаче Сталиным Карабаха Азербайджану». В ответ на это посол Азербайджана в США Яшар Алиев направил в редакцию этой газеты письмо, которое стало затем предметом обсуждения в первой статье автора.

На нее отреагировал обозреватель Vesti.az Аждар Сираб, который обвинил автора в том, что он «много фантазирует», «домысливает» в оценке хода исторического процесса в Закавказье в 1918–1920-е годы. Причем эта дискуссия приобрела своеобразный характер: сначала бакинский оппонент отвергал наличие некоторых исторических фактов — использование в документах того времени понятия «спорные территории» применительно в Карабаху, а акту Ревкома Азербайджана о «добровольной передаче Армении Занзезура, Нахичевани и Карабаха» пытался дать очень своеобразную собственную оценку. Поэтому мы решили говорить языком только документов, предварительно их проверив, отказываясь от собственной интерпретации многочисленных драматических событий того времени.

Отметим, что некоторые публикуемые документы автор обнаружил сам во время работы в российских архивах, но многие уже давно известны историкам. Однако в силу разных причин у российских исследователей еще не дошли руки до более тщательного изучения проблем, связанных с зарождением карабахского конфликта, в то время как новая национальная историография Азербайджана или игнорирует многие известные исторические документы, или же вписывает их в качественно иной исторический и политический контекст.

Последний очерк заканчивается событиями Лозаннской конференции 1923 года по Черноморским проливам, в работе которой — наряду с европейскими странами — впервые вместе принимали участие российские большевики и турецкие кемалисты. При этом на этом дипломатическом форуме по многим позициям в российско-турецких отношений начала 1920-х годов были проставлены жирные, но не окончательные точки.

Г. Чичерин представителям Великобритании и Италии в РСФСР: «19 октября 1922 г… Передайте правительству, при котором вы аккредитованы, нижеследующее заявление: Россия есть единственное из европейских государств, признавшее правительство Великого Национального Собрания Турции и находящееся с ним в прочных договорных отношениях. Признав Московским договором 16 марта 1921 г. границы Турции, установленные Национальным Турецким соглашением, Российское Правительство уже тем самым приняло действительное участие в разрешении ближневосточных вопросов, не ограничиваясь одним лишь вопросом о проливах. Стремясь к упрочению всеобщего мира и, в частности, к необходимому для достижения этой цели окончательному мирному улажению международных конфликтов на Ближнем Востоке, Российское Правительство видит себя вынужденным решительно настаивать на своем участии в конференции по ближневосточным вопросам в целом, без всяких ограничений… Чичерин» (МИД СССР. Документы внешней политики СССР. М., 1961. Т. V. С. 621–623).

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека русско-армянского содружества

Похожие книги