Фактом остается то, что Армения отказалась признать независимость Карабаха, но и не ввела в «игру» его армянскую администрацию, на чем настаивали и настаивают некоторые оппозиционные армянские политики. Их страхи вызваны тем обстоятельством, что нет абсолютной уверенности, что после освобождения оккупированных районов Азербайджан дальше будет придерживаться принятого сценария. Но и Баку не уверен, что при проведении под жестким международным контролем референдума в Карабахе ему удастся сохранить контроль над этой территорией.
Тем не менее, признавая цюрихские протоколы в качестве стимулирующего фактора в карабахском урегулировании, Баку может добиться определенного эффекта: во-первых, сковать Ереван через Анкару, во-вторых, отсечь его от Карабаха в силу действий тех же мадридских принципов. Вслед за этим начнется борьба за обозначенный уже фактор времени, когда Баку вынужден будет сосредоточить максимум усилий на установление диалога с армянской администрацией Карабаха. Более того, азербайджанская дипломатия получила возможность выступить и на европейском поле: в Гааге, на Международном суде, где рассматривается вопрос о законности одностороннего провозглашения независимости временными институтами самоуправления края Косово, Азербайджан — наряду с Россией и многими другими государствами — поддержал позицию Сербии о непризнании независимости Косово.
Одним словом, складывается устойчивое ощущение того, что после консультаций в Афинах Баку начинает перехватывать политико-дипломатическую инициативу в процессе карабахского урегулирования. Если Азербайджану удастся закрепиться на этой позиции, то в ближайшее время нас ждут чрезвычайно интересные события на всем Южном Кавказе.
Бенита Ферреро-Вальднер — еврокомиссар по внешней политике и европейской политике добрососедства — в преддверии сложения ею своих полномочий заявила, что «Евросоюз приветствует прогресс, достигнутый в этом году в рамках Минской группы ОБСЕ» и призвала «все заинтересованные стороны сесть за стол переговоров и продолжить работу по поиску решения, которое положило бы конец конфликту». Она также выразила надежду на то, что «сближение между Турцией и Арменией благотворно повлияет на развитие политических событий в регионе в целом».
С формальной точки зрения подписание цюрихских протоколов означает «сближение между Анкарой и Ереваном». Однако их дальнейшая судьба остается неопределенной. На Турцию сильнейшее давление оказывает Азербайджан, недовольный «разводкой» проблем карабахского урегулирования и нормализацией отношений между Арменией и Турцией. Любопытно и то, что цюрихскими протоколами недовольна и часть мощной армянской диаспоры, которая подозревает официальный Ереван в «предательстве идей Геноцида». Более того, сторонники подобной жесткой позиции в диаспоре надеются, что протоколы не будут ратифицированы турецким парламентом. То есть тактически интересы Азербайджана и армянской диаспоры в этом вопросе стали совпадать. В этом и заключается любопытная особенность сложившейся ситуации.
Евросоюз, который год назад объявил о приостановке своего расширения, после подписания Лиссабонского договора сменил тактику. Он вернулся к прежней идее, имея в виду, прежде всего, западнобалканские страны, Исландию и Турцию. Если с западнобалканскими странами и Исландией ситуация предельно ясна, то иначе обстоят дела с Турцией. Представители ЕС уже провели в Стамбуле консультации с властями Турции о перспективах двусторонних взаимоотношений. А в принятой в Страсбурге резолюции отмечается, что Анкара, в числе прочего, должна в срочном порядке провести судебную реформу, выработать такие правовые нормы, в соответствии с которыми не будут ущемляться права граждан, исповедующих немусульманскую религию. В документе также указывается на все еще существующие проблемы со свободой слова. Кроме того, в адрес турецких властей прозвучал призыв к дальнейшему прогрессу в деле урегулирования проблем с курдским населением. И, конечно, отмечается необходимость ратификации подписанных с Арменией цюрихских протоколов. Более жестко по этому поводу выразился председатель ЕвропарламентаЕжи Бузек. Он заявил, что «Турции понадобятся десятки лет для завершения процесса вступления в Евросоюз, так как она занимает «иное место «в планах расширения ЕС».
