Не случайно, как показали события последнего времени (попытка нормализовать турецко-армянские отношения), на западном дипломатическом поле из всех закавказских дипломатий наиболее уверенно себя чувствует Армения. Уже сам факт того, что мощные армянские лоббистские группировки в Европе и США смогли «закрыть коридор возможностей» для Турции на вступление в ЕС, то, что впервые после времен Мустафы Кемаля над Турцией, как дамоклов меч, нависла проблема сохранения территориальной целостности, свидетельствует о многом. Поэтому, когда посол Норвегии в Азербайджане Йон Рамберг заявляет, что «под зонтом безопасности НАТО Азербайджан может полностью развиваться во всех направлениях и еще больше усилить свою экономическую мощь», он откровенно лукавит. Хотя бы потому, что романтические представления нынешнего руководства Грузии — заставить натовцев «таскать для себя каштаны из огня» — завершилось окончательным отделением от нее Южной Осетии и Абхазии и признанием их государственной независимости со стороны России.
По прогнозам, которых не скрывали американские аналитики, именно США должны были первыми начать процесс фрагментации пространства «Большого Ближнего Востока», — но только в силу военной агрессии Грузии Россия оказалась в этом смысле в первых рядах. Неслучайно те же американские аналитики с интересом наблюдают теперь за процессом возрастания геополитической роли Ирана в территориальных границах, некогда составлявших могущественную Персидскую империю — в Ираке и Афганистане. Поглядывают они и на Азербайджан. Чтобы оставить его один на один с угрозой, заставить вступить в НАТО, Западу необходимо окончательно «разрезать пуповину», связывающую его с Россией последние триста лет. А для этого будет создаваться для азербайджанцев образ внешнего врага в лице России, в то время как настоящая угроза для периферийной территории двух бывших империй — Российской и Персидской, каковым является Азербайджан, может исходить с самого неожиданного направления, причем необязательно со стороны России или Ирана.
Так что Азербайджану, прежде чем принимать решение о вступлении в Североатлантический альянс, нужно о многом подумать. И многое взвесить.
В фондах царской охранки хранится уникальный документ: донесение начальника охранного отделения Баку в Петербург. «1 апреля 1912 года, — говорится в этом отчете, — за имевшим пребывание в Баку членом Государственной Думы Павлом Милюковым было установлено наружное наблюдение. Он присутствовал на обеде в гостинице «Метрополь» с лицами, нами установленными: М. И. Пападжановым, членом Восточного Бюро партии «Дашнакцутюн», присяжным поверенным М. С. Алейниковым, имевшим связь с местной социал-демократической организацией».
Дело шло к выборам в Четвертую Государственную Думу. Они должны были состояться в сентябре — октябре 1912 года. За ходом избирательной компании, поездками лидеров политических партий по стране, «устранением от выборов некоторых нежелательных для правительства лиц», было поручено наблюдать товарищу министра внутренних дел А. Н. Харузину. Он, как писал в мемуарах один из старейших сотрудников царского МВД В. И. Гурко, «из кожи лез, чтобы выборы эти дали определенное большинство лиц, угодных правительству».
На бакинское охранное отделение выпала немалая оперативная нагрузка. Баку — один из крупнейших промышленных и рабочих центров страны — готов был в любой момент взорваться рабочими и националистическими выступлениями. Не случайно именно в этот эпицентр и бросились накануне выборов в Государственную Думу лидеры многих политических партий России и известные деятели революционного движения. 29 февраля 1912 года из ссылки в Вологде в Баку бежит Иосиф Сталин. Он искренно поверил в то, что на Пражской конференции российские социал-демократы раскололись на большевиков и меньшевиков потому, что Владимир Ленин считал большевиков истинной революционной партией. Но сегодня историками достоверно установлено, что этот «раскол социал — демократов» входил в сценарий департамента полиции. Охранка вела Сталина и во многом способствовала тому, чтобы его срочно отозвали в Петербург для начала выпуска новой газеты. 22 апреля (5 мая) 1912 года вышел первый номер «Правды» с передовой статьёй, написанной Сталиным. Секретарем редколлегии был Вячеслав Скрябин (Молотов). Но в тот же день Сталина, а через несколько дней и остальных членов бюро, арестовали. На свободе были оставлены только агенты охранки Малиновский и Черномазов.
