Двойное убийство всколыхнуло общественность. На месте преступления были найдены три гильзы от парабеллума, и удалось составить словесный портрет преступника, но самое главное — в брошенном на Башиловке такси был найден один четкий отпечаток пальца. Было установлено, что этот отпечаток принадлежит Америке. Однако сразу задержать его не удалось.
В марте 1949 года в Казани в пивной у рынка состоялась роковая для Америки встреча, на которой он сам не присутствовал. Встретились бандит и уголовник Николаев и его старый приятель, у которого была кличка Брюнет. Николаев не мог знать, что Брюнет к тому времени уже являлся секретным агентом уголовного розыска. Николаев за кружкой пива поделился с Брюнетом, что у него есть надежные документы, которые он сумел изготовить за 500 рублей путем вытравления из украденного паспорта старых сведений и внесения туда новых, необходимых для него. На следующей встрече Брюнет уговорил Николаева помочь ему сделать документы для его брата, который якобы недавно бежал из лагеря. Николаев согласился, но предупредил, что он знает только посредника. После этого за Николаевым было установлено наблюдение, и вскоре выяснилась фамилия посредника. Им оказался некто Сычев. В числе его окружения был Баринов, который не проходил по уголовной картотеке. Однако оперативникам удалось установить его настоящую фамилию. Им оказался Новиков, он же Лапин, дважды судимый. Новиков, несмотря на то что у него были фальшивые документы, с преступным прошлым «завязал». Он работал честно и согласился помочь сыщикам в обмен на то, что те забудут про фальшивые документы. Через несколько дней удалось выйти на подпольную типографию. Как выяснилось, документы изготавливал Василий Михайлов, опытный гравер с солидным уголовным стажем. При обыске в его квартире нашли штампы, печати, бланки и многое другое. На допросе казанские оперативники особенно интересовались, кому из уголовников Михайлов делал документы.
Так вышли на Америку. Михайлов выдал его новую фамилию и вспомнил о справке из МОСХа.
Два дня понадобилось сотрудникам МУРа, чтобы найти Америку. Его задержали 20 мая 1949 года на одной из «блатных хат» (конспиративных квартир), вместе практически со всей его бандой. Его не расстреляли только потому, что тогда на два года была отменена смертная казнь. Попадись Америка в 1950 году, и его расстрел был бы неминуем.
Кстати, парабеллума, из которого он убил инкассаторов, при нем не обнаружили. Америка утверждал, что не знает, куда делся пистолет. Ему не поверили. Оружие всплыло только в июне 1949 года, когда было совершено нападение на ювелира Курочкина. Причем Курочкин не только не пострадал, но сумел вырвать оружие у преступника и, избив его, сам доставил нападавшего в отделение милиции. Здесь выяснилось, что пистолет проходил по делу Америки. Задержанный грабитель был вынужден признаться, что украл оружие у Америки во время одной из многочисленных совместных попоек.
Таким образом, настоящей, жестокой и всемогущей банды «Черная кошка» не существовало. При этом меня удивил, собственно, не этот, в общем-то, прогнозируемый вывод, а то, что в процессе исследования я натолкнулся на действительно уникальную историю о банде совершенно иного рода.
На самом деле наибольшую опасность представляла банда, о которой не написано книг и не снят ни один фильм. Банда, о которой пойдет речь, совершала преступления экономической направленности. Ее деятельность принесла ущерб государству на сотни тысяч рублей. В действительности подсчитать реально причиненный ущерб практически невозможно. Банду создал и возглавил некто Николай Павленко. Следователь прокуратуры, который расследовал это дело, Сергей Михайлович Громов, рассказывал, что о деле Павленко нигде публично не упоминалось. Тем не менее это дело весьма поучительно. Как говорил Громов, бытует мнение, что в сталинские времена не было места крупным аферистам и мошенникам. Однако это совсем не так, и уголовное дело в отношении Павленко относится именно к этой категории дел.
