Однажды он и его бабушка ушли из дома. Шли они, шли и вскоре пришли к ручью Телел. Там они построили себе дом. Мальчик купался и скоро стал крепким юношей. Тогда он сделал себе лук и стрелой убил гуся. Сняв с него шкуру целиком, он прорезал снизу дыру и примерил ее себе на голову. Она пришлась впору, и тогда он высушил ее.
Затем он надел гусиную шкурку себе на голову и поплыл к гусям, которых в том месте было множество. Подплыв к ним, он хватал их за ноги и по одному утаскивал под воду, а там сворачивал им шеи и ломал крылья. Так он добывал гусей и относил своей бабушке, и она вялила их мясо.
Потом он придумал вот что. Обломком корзины он тыкал себе в нос и кровью мазал крючки на палтуса. Он привязывал крючки к деревянному поплавку и выталкивал их в море, а когда поплавок отходил, он дергал за леску, и крючки падали в воду. Так он ловил палтуса и относил своей бабушке.
Однажды он отправился вдоль залива в поисках добычи. Вдруг он увидел существо в широкой синей шапке. Подойдя к нему, юноша спросил:
— Откуда ты?
Но существо ничего не ответило.
— Откуда ты? — повторил юноша.
— Яс реки Какун!
На плечах у существа были две утиные шкурки. У одной из них голова была в белую крапинку. Юноша протянул к ней руку — и вдруг, сам не зная как, очутился в каком-то доме. Оглядевшись, он увидел, что лежит на концах крепежных жердей.
Чей-то голос произнес:
— Выбросьте его прочь! И то, что он хочет, тоже выбросьте вместе с ним.
Тут он снова лишился чувств. Очнулся он на морском берегу, а рядом с ним лежал кит.
Юноша разрезал тушу, согнул небольшое деревце и прикрепил к туше, а потом потащил ее домой. Притащил к самому дому, и его бабушка разделала ее и приготовила еду.
Когда она кончила разделывать кита и развешивать мясо, он велел ей сплести большую корзину. В эту корзину они сложили разную еду: ягоды, лосося, коренья. Взяв корзину, они с бабушкой отправились вдоль залива. Юноша спрятал корзину неподалеку от селения и пришел к дому своих дядьев.
А те как раз поймали морскую свинью сетями, которые ставили на селедок. Тут же явился слуга вождя и велел им не проливать ее кровь. Следом пришел и сам вождь, отобрал тушу и понес ее к выходу. Но юноша вырвал у него тушу. Он так рассердился, сидя в глубине дома, что разодрал ногтями доски пола в мелкие щепки.
Вождь снова выхватил было тушу у юноши из рук и выскочил наружу, но юноша вышел следом и свернул вождю шею, повернув ему голову задом наперед.
— Ва-ва-ва! — закричал вождь. — Он убил меня!
Так он и ушел прочь из селения, и его крик затих вдали. А юноша послал мужчин принести корзинку. Но они не смогли поднять ее, и тогда он пошел сам и принес ее в селение. Созвав людей, он стал всех угощать. И на следующий день, и через день он тоже созывал гостей.
Так он стал вождем3 вместо убитого Конатса.
Жили восемь братьев с матерью и сестрой. Старший брат был совсем слабый1. А младшие братья были духи.
Однажды один из младших братьев вышел и крикнул:
— Ху-у-у-у!2
Тут над океаном появилось облако и подошло к Гулга3. Младший брат подошел к берегу и стал бороться с облаком. Но скоро он был повержен и заколдован.
— Отправляйся к кремневому острию, что за домом моего отца! — услышал он.
И облако с шумом унеслось прочь.
Через некоторое время следующий по старшинству брат тоже вышел на берег и закричал. Он кричал так же, как его брат, и снова в бухту вошло облако. Брат Ходившего Голым вышел ему навстречу, и они схватились. Но человек быстро оказался побежден, и облако сказало:
— Отправляйся к кремневому острию, что за домом моего отца.
И снова с шумом унеслось прочь.
Та же участь постигла всех семерых братьев. Их мать горько плакала, а потом сказала:
— Мой старший сын бессилен. Горе мое безутешно.
Ее дочь всегда поддерживала огонь. Когда они вечером ложились спать, Ходивший Голым укладывался на то место, где днем горел костер: он был очень слаб. Он был так слаб, что не мог даже сидеть.
Услышав, что говорит его мать, он подозвал сестру и сказал ей:
— Сестра, пойди принеси мне один из маминых каменных котлов.
Его сестра принесла котел и наполнила его водой. Ходивший Голым пополз к нему, но от слабости упал ничком и чуть не лишился чувств. Полежав немного, он пополз дальше и забрался в котел.
Его ягодицы не помещались, торчали из воды. Тогда сестра взяла кочергу и прижала его ко дну котла. Подержав его так немного, она убрала кочергу, и — глядь! — его ягодицы оказались под водой. Полежав еще некоторое время в воде, он выпрямился, потянулся — и котел развалился!
Тогда его сестра налила воды в другой котел, и Ходивший Голым влез туда. Полежав в воде некоторое время, он потянулся, напрягся и развалил и этот котел. Потом он забрался в следующий и тоже его развалил, упершись коленями.
Тогда его сестра налила воды в единственный оставшийся котел, но едва Ходивший Голым влез в него и потянулся, как тот развалился на куски.
