Мифы «устойчивого развития» полностью

Братья Даллесы, как и семейство Бушей, имели прямое отношение к ордену «Череп и кости», созданному в США влиятельными американскими промышленниками и политиками немецкого происхождения. А фон Шредер, наряду с ведением финансовых дел Гитлера, также являлся совладельцем главного орденского банка — «Union Banking Corp.», который, как нетрудно догадаться, отвечал в США за финансирование нацистов. Одним из создателей и наиболее влиятельных фигур ордена «Череп и кости» в США являлся А. Гарриман — посол США в Москве в годы Второй мировой войны.

К ордену, его истории, месту, роли и задачах в глобальном нацистском проекте, реализацией которого сегодня занимаются влиятельные силы в англосаксонском мире, мы, чтобы не уходить далеко в сторону и не потерять нить исследования, обратимся в этой же главе, но чуть ниже, в § 5.2. Тогда же мы расскажем и о шагах навстречу неонацизму, которые сделал де Голль, в частности о подоплеке послевоенного сближения созданной им Пятой республики с Западной Германией. Здесь же мы ограничимся определением, данным голлизму как политическому и идеологическому течению автором книги «Де Голль, диктатор», забытым французским политиком середины 1940-х годов А. де Кериллисом, охарактеризовавшим его как «национал-социализм, разыгравший карту победившей стороны»¹⁵⁸.

Завершая этот небольшой экскурс в историю нацизма и роль, сыгранную в его появлении орденом иллюминатов и масонством, вернемся к ситуации в нацистской Германии после создания «Черного ордена СС».

С 1935 года в Третьем рейхе были распущены и запрещены все масонские ложи. Вместо них, как указывает А. Б. Рудаков, идеологическая и духовная функции, а также формирование кадрового резерва были возложены на комплекс специальных программ под общим наименованием «Орденские замки». В рамках этих программ осуществлялось и внутреннее управление самим орденом СС²⁰⁹. Действовал орден при этом открыто, легально, выстроив в нацистском государстве вертикаль общественно-государственной иерархии, включавшей НСДАП, СС и созданное в том же 1935 году «Аненербе» — «Немецкое общество по изучению древней германской истории и наследия предков» (сокращенно «Наследие предков»).

К чему все эти многочисленные подробности?

К главному — доказательству не случайного, а естественного и органического характера внутренней связи германского нацизма с западными элитарными теориями и концепциями, преимущественно англосаксонскими, а также с западной же политикой и западными организационными структурами и лидерами. Из того, о чем мы поведаем ниже, станет ясно, что Германия, да и пострадавшая от нацизма Европа явились всего лишь полигоном для обкатки и испытания идей и планов куда большего масштаба, чем европейский. Поэтому глубоко и трагично заблуждается тот, кто сегодня рассматривает нацизм лишь как историческую и сугубо германскую ретроспективу, забывая о его непреходящем глобальном и революционном характере. Это обусловливает возможность его нового пришествия, на которую прямо указывалось в упомянутом докладе Трехсторонней комиссии «Кризис демократии». Никогда не говори никогда!

В первую очередь предоставим слово профессору Гейдельбергского университета М. Саркисянцу (цитируемая книга, как помним, в Великобритании запрещена):

«В Королевском институте международных отношений („Chatem House". — Авт.) в Лондоне в 1938 году (в год мюнхенского сговора. — Авт.) был подготовлен доклад „о воспитании будущих вождей нацистов"; британские авторы отмечали: нацистские заведения „во многих отношениях построены по образцу наших английских public schools". Многие функционеры Третьего рейха мечтали о том, чтобы их отпрыски получили английское образование (Риббентроп, Лей). В 1934 году будущие британские вожди (из public school „Rugby") посетили Потсдамскую „наполас" (специальная программа по воспитанию нацистской элиты, основанная в апреле 1934 г. под руководством шефа главного управления обучения СС обергруппенфюрера А. Гейсмейера²¹⁰. — Авт.) — за этим последовали встречные визиты представителей „наполас" и других английских public schools. При этом подразумевалось, что такой обмен будет происходить только с „нордическими партнерами, которые должны предохранить Германию от <...> войны на два фронта". Фюрер заявлял, что только у него „подобно англичанам, хватит жестокости, чтобы добиться цели", а моделью колонизации России (которую он называл „германской Индией") служит для него английская колониальная политика в Индии <...>.

Британский биограф Альфреда Розенберга, одного из самых кровожадных германских нацистов, подчеркивал, что „питомцы элитных английских университетов поневоле бы покраснели, если бы им довелось прочесть, какую роль в истории Британской империи национал-социалисты приписывали их предшественникам"»²¹¹ (выдел. в тексте, курс. — Авт.).