– Юра, видишь ли, ситуация дошла до крайней точки, – произнес Павлов. – Дальше – или срочные меры со стороны государственных органов, или социальный взрыв. Ты почитай прессу. Что ни день – конфликты, связанные с мигрантами. Общество на взводе и напоминает пороховую бочку. Но есть и те, кому выгодно нагнетание обстановки. Если смотреть в корень проблемы, то незаконная миграция, ни много ни мало, создает угрозу национальной безопасности нашей страны, – продолжил адвокат. – Это явление лишает миллионы русских семей работы. Приводит к развитию этнорелигиозных анклавов в российских городах, а это, как следствие, меняет культурное и цивилизованное единство России. Я перелопатил массу информации по этому поводу и пришел к следующему выводу. Рабочие руки нашему государству, безусловно, нужны. Но! Приехал на заработки в нашу страну? Хорошо. Заработал денег – возвращайся к себе домой. А не привози сюда весь табор. Я как-то на досуге подсчитал, что семья из пяти человек может распотрошить государственный бюджет от семисот тысяч до двух с половиной миллионов. И специально нанятые адвокаты помогают мигрантам облапошивать наших чиновников, растаскивая казну.
У русских испокон веков была распахнутая душа, и мы всем говорим: «Добро пожаловать!» И что в результате получаем? Преступность взлетела до небес, в школах и садах дети, которые едва понимают по-русски, а организации, которые должны способствовать адаптации мигрантов, торгуют патентами и сертификатами русского языка!
Я навел справки, поднял статистику. В России примерно три миллиона нелегальных мигрантов. Только вдумайся в эту цифру, Юра! Образовательный уровень приезжих при этом оставляет желать лучшего. Многие не имеют вообще никакого образования, и тогда я задаю закономерный вопрос: как эти люди получают сертификаты о знании русского языка?
Еще один пласт проблемы – диаспоры и прочие культурные автономии. Вместо того чтобы помогать приезжим интегрироваться в наше общество, эти структуры превратились чуть ли не в криминальные кланы, функция которых сводится лишь к тому, чтобы вызволять из неприятностей своих земляков, у которых проблемы с законом. Благодаря этим диаспорам мигранты дистанцируются от взаимодействия с органами власти. По большому счету, диаспора – это ведь просто инструмент. В зависимости от того, как его использовать, можно извлечь красивую мелодию. А можно и гвоздь забить.
– Или голову пробить, – вставил Юрий, и Артем кивнул, полностью соглашаясь с другом.
– В общем и целом в данном контексте следует говорить с позиции безопасности наших граждан, – сказал он. – Российских граждан. И только потом – об экономике страны. Это я к тому, что в прессе неоднократно поднимался вой, мол, как же мы обойдемся без мигрантов! Обойдемся, если будет нужно. Что мы имеем в итоге? А имеем вот что. Так, в одной из школ «новые россияне» отказались вести своих детей на новогоднюю елку. Аргумент у них был следующий: поклонение дереву в исламе – грех. Мальчики не реагируют на учителей-женщин, поскольку им с рождения вбивали в голову, что главный всегда – отец, то есть мужчина. О каком уважении учителей тогда можно говорить? Одного девятилетнего мальчика не пускали в школу, а когда стали разбираться, родители объяснили: пока их сын не выучит Коран, в школу не пойдет.
– И кто же виноват в этом? – тихо спросил Соломин.
– Я убежден, что истоки проблем с мигрантами – в распаде СССР, – подумав, ответил Павлов. – Многие страны ближнего зарубежья оказались оторваны от советского рынка. И это привело как к безработице, так и к экономическим катаклизмам. В нашей стране начался экономический рост, которому были нужны свежие трудовые ресурсы, в том числе низкоквалифицированные. Вот и весь ответ. Нужно отметить, что зависимость нашей страны от мигрантов, которые трудятся у нас, просто колоссальная. Вот поэтому в Россию и хлынули миллионы наших бывших сограждан. Но проблема оставалась: многие бывшие республики так и не сумели построить успешные и развивающиеся государства. А принимая во внимание нашу географическую близость, теперь это наша общая проблема.
– У тебя есть какое-то решение? – прищурился Юрий.
– Решение есть всегда. На мой взгляд, во-первых, нужно повышать демографию. Если бы в нашей стране рожали по три-четыре ребенка, то проблемы бы не было. Ситуация доходит до грани: в некоторых школах процент детей-мигрантов доходит до шестидесяти, а то и выше! Второе – получение российского гражданства должно быть привилегией достойных, а не всех подряд, и тем более – за деньги. В-третьих, шарашкины конторы, вроде миграционного центра, который возглавлял Тураев, необходимо ликвидировать. Таким ответственным делом должны заниматься государственные структуры. Четвертое – ограничить места в школах и детских садах для детей-мигрантов.
