Шрамы и порезы на грубой серой коже, напоминали о гладиаторском прошлом Доро. Он до сих пор закрывал одну руку пластинами. Он приподнял Фергуса и посадил на полку шкафа. Тот вцепился в нее, как птенец в жердочку.
– Доро, ты кому сердца сбываешь? Не хорошо выходит. Мы же партнеры, – продребезжал Лепрекон.
– Фер. Мы многое прошли, и ты мне можешь верить. Приближается время заката. Пора скидывать свои активы.
– Откуда такая информация?
– У меня в гостях выдающаяся Личность. Предвестник перемен!
– Не выдумывай, – проворчал Фергус. Он уже привык к полке и больше не цеплялся за неё. – Что такой Уважаемый забыл у тебя?
– То самое, – подмигнул Доро. – Из него капает какая-то белая дрянь, и он меняет сердца.
– Сколько?
– Уже третье.
– Я в деле! – воскликнул Фергус.
– А то, – усмехнулся Великан. – А теперь проваливай отсюда. Сам позову.
Он снял Фергуса с полки и вернул на улицу. Миха оставил на нём вторую ниточку внимания, а основным остался с Великаном. Доро сел на стул и откинул голову. Миха переключился вниманием на Фею. Она мирно спала в маковом цветке. Фергус уныло возвращался в повозке.
Доро вздохнул, встал и вернулся в зал к гостю.
За столом сидел сине-серый человек в плаще с капюшоном. Грудь его была обмотана бинтами, поверх которого сверкал красный кристалл.
– Вот ты и пришёл, – обрадовался гость.
– Недавно виделись, – удивился Доро.
Гость показал тряпку с гнойной жидкостью.
– Видишь, и это отторгается. Пойми, мне чужого не надо. Мне нужно одно, но своё. Эти сердца стоит вернуть их владельцам, чтобы могли прожить хоть чуть-чуть.
– Что вы говорите, – опешил великан, – Зачем вернуть. Можно заменить.
– Это уже третье. А результат тот же.
– Если древнее не подходит, могу предложить молодое.
– А для тебя ничего святого нет, – вздохнул гость.
Великан с подозрением посмотрел на него.
– Претензий от владельца не будет?
– Всё по добровольному договору, – обрадовался Доро.
– Если кто-то решит вернуть его, когда оно во мне, то это будет плохо для меня и очень плохо для тебя. Понял?
– Доходчиво.
Великан поспешил в другую комнату послать весть Фергусу, чтобы тот возвращался к нему. А после спустился в подвал. На рядах стояли банки с человеческими сердцами. В двух из них лежали почерневшие камни. Неприжившиеся доноры. Доро взял банку с сердцем Доннала и осмотрел её. Банка была связана с амулетом на груди гостя. Если не приживётся, то и это сердце обратиться камнем. Доро сел за стол и подумал о Фергусе. Миха переключился на Фергуса. Тот трясся обратно по широким булыжникам мостовой. А Фея проснулась, забыла, что было вчера, и начала свой день заново. Миха свернул поток внимания. Когда Лепрекон спустился в подвал, действие продолжилось. Доро поставил его на стол, а сам остался сидеть на стуле.
– Нужно достать молодое сердце с договором на полное пользование, – поведал задачу Доро.
– Я к тебе приведу. А дальше договаривайся сам, – ответил Фергус.
Миха сконцентрировался на кончике указательного пальца своего физического тела и согнул его. Это был сигнал к действию. Стас схватил аптечку и выбежал из номера. Миха вернулся в подвал к великану, сложил мудры и, подняв два пальца, произнёс вслух: «Каждому воздастся по соответствию». Он стал видимым и призвал Жнецов Загробной Службы. Разверзлись чёрные порталы, из которых вышло три Жнеца. Лев, Кот и Лис. Лепрекон с великаном занервничали.
– Выше ещё один, – сказал Миха.
Лев кивнул Лису, и тот пропал. Доро толкнул банку с сердцем, которая звучно разбилась об пол. Доро с Фергусом были тут же обездвижены. Посох Леона угрожающе засветился красным. Миха бросился к сердцу. В обязанности не входило спасение души клиента, но он не мог это оставить просто так. Если Стас успеет и теория Михи сработает, бедолагу можно будет спасти. Хоть на мгновение, но дать вспомнить, что такое чувствовать. Лис вернулся с духом Доннала.
– Наверху никого не было. Потерпевшего доставил согласно протоколу.
Лев одобрительно кивнул.
– Забираем и уходим, – приказал он.
– Подожди. Оставь пока этого, – Миха указал на Доннала.
Великан и Лепрекон пропали вместе с Лисом и Котом.
– Почему? – спросил Лев.
– Об этом я расскажу, как только он раскается.
Лион удивлённо посмотрел на Миху. Потом перевёл на Доннала, который засветился. Сердце из банки также охватил свет. Душа возвращалась в своего Хозяина. Доннал рыдал от переполняющих его забытых чувств. Цена плохого выбора. Банка опустела. Дух Доннала исчез. Миха остался в погребе наедине с Лионом.
– Это дело связано с Лестницей, – прямо сказал Миха, – Тот, кто был выше этажом и исчез, участвовал в её разрушении.
Миха скинул мыслеобраз сцены Доро и Иерарха.
– Принял. А этого бедолагу зачем отпустил? Его всё равно скоро призовут, – спросил Лев.
– Пусть вспомнит напоследок, чем дорога жизнь, – улыбнулся Миха.