Длинная светлая коса тысячами золотых бликов вспыхивает на солнце, которое как раз пробилось сквозь облака. В ту же секунду я узнаю и лёгкий шаг, и живые грациозные движения. Моё сердце переполняется. Я делаю несколько шагов и бросаюсь бежать.
– Вера! ВЕРА!
– Мила!
Она тоже бежит навстречу. Я падаю на колени, она кидается мне на шею. Мы долго стоим, сжимая друг друга в объятиях так, что становится трудно дышать. Наконец Вера поднимает голову. Её тонкие руки отпускают мою шею, она делает шаг в сторону и, поколебавшись, идёт вперёд. Глаза Веры светлеют.
– …Вигго?
Он смотрит на неё, потом на меня. Он выглядит потерянным и потрясённым перед маленькой девочкой. Такой похожей и в то же время другой.
Вера устремляется к нему, потом разочарованно останавливается, опустив руки.
Поймав взгляд Вигго, я подхожу к нему.
– Она знала тебя. Когда была в этой колонне. Ты был для неё всем. Как для её сестры-близнеца, в твоей жизни, на Периферии.
Он смотрит на Веру, снова на меня. Присев на корточки, неуверенно протягивает руку и гладит её по щеке. Потом распахивает объятия. Вера застенчиво прижимается к нему.
– Это я, – произносит он совсем тихо. – Это правда я, Вигго.
Образы Веры и Вигго, родившиеся в моём сознании во время манипуляций доктора С., с бешеной скоростью проносятся в памяти. Как фейерверк. Вигго смотрит на меня, подносит ладонь ко лбу.
– У тебя тоже?
Я киваю, глядя на Веру. Потеряв собственную сверхспособность, я совсем забыла про Верину: поднимать из глубины души самые счастливые или самые мрачные воспоминания. Я прижимаю девочку к себе и говорю мягко, но твёрдо:
– Вера, мы уйдём отсюда все вчетвером. Мы начнём новую жизнь далеко отсюда. Далеко от Периферии и от этой страны. И там, в новой жизни, нам не понадобятся наши способности. Понимаешь?
Вера невозмутимо смотрит на меня.
– Ты не должна больше пользоваться твоей силой, Вера. С ней покончено. Мы избавились от своей. И мы найдём способ освободить тебя. А пока – просто забудь о ней.
Она отступает. И я вдруг вижу, что моя прекрасная Вера тоже умеет проявлять эмоции. Она пристально смотрит на меня и уверенно отвечает:
– Это не я.
И видя, что я не понимаю, добавляет:
– Это он.
Вера поворачивается к моему брату, которого видит впервые в жизни, и произносит со своей обычной немногословностью:
– Это сделал Хоуп.
Карина, спасибо тебе за твою нерушимую веру в эту книгу. За твоё упорство и поддержку. Бог свидетель, ты проявляла их бессчётное количество раз. Твоя энергия была заразительна, и Мила многим тебе обязана.
Марион, Сюзанне, Эммануэль, Джорджии, Эльзе, Леонарду, всей команде издательства «Альбин Мишель» – спасибо за то, как вы умеете сопровождать книги, но, главное, за то, как вы поддерживаете авторов.
И, наконец, тебе – моему мастеру йоги и медитации, наставнику в беге и поедании пиццы, напарнику по танцам, смеху и любым состояниям души – моему всему. За всё и в любых обстоятельствах.
