— Вообще-то от настроения. Я всё-таки Бог Стихий и очень переменчив. Меня, кстати, Найтэр зовут. — он сладко пел, но я не обольщалась. Он ведь сам сказал, что переменчив. Вдруг он через секунду разозлится и с такой же улыбкой, решит голову мне снести? Проходили, знаем, сама такая же. Боженька рассмеялся, а я осознала, что они читают меня, как книгу. Ну я ведь ничего такого не говорила, да? — Поднимайся, и объясни наконец, что ты тут делала со своим хранителем?
— Путалась не допустить образование межвидовой парочки. — и на непонимающие взгляды мужчин, рассказала все сегодняшние дифирамбы в сторону Амелии и её заигрывания. — А Басти, увидев эти цветочки обрадовался так, будто наркоман новой дозе. Это какие-то необычные цветы, да?
Вставая, прихватила за шкирку и кролика, сумев-таки вытащить из его грабель помятые бутончики. Но он всё равно балдел от того сока, что осталась на его шерсти. И пока мужчины хохотали, представляя. Я пыталась удержать пинающегося кролика, что верещал, будто его пытают.
— А почему он розовый? — это золотоглазый, сумевший быстрее брата взять себя в руки, заметил новый стиль питомца, что они создали для меня.
Э-э-э… Ну, ладно. Была не была! Чтобы не было больше вопросов, быстро пересказала всё, что случилось, после моего попадания. У богов только брови всё выше и выше поднимались, не понимая, как за такое короткое время, могло произойти столько событий. На моменте с проклятиями, эти двоя загорелись идеей проверить на себе их воздействие. А я как-то осознала, насколько им было скучно, не имея возможности вмешиваться в дела своих детей и сидеть у себя в божественных чертогах, накапливая силы. Пришлось проклинать, раз просят. Они были лёгкими — сменить окрас волос или кожи, заикания и ещё множество мелких, но не вредящих здоровью проклятий. Боги радовались, словно дети распаковывающие подарки на новый год и просили чего-то большего. Но я дура что ли? А если проклятие будет настолько сильным, что я не смогу его снять? Да ну на хрен, мне голова ещё дорога!
Найтэр с Лайфэром, как представился второй, успокоились где-то через полчаса, и наконец рассказали и про цветы, и про то, почему я вообще оказалась в этом мире. И, наверное, лучше бы я их всё-таки прокляла, да посильнее, может не хотелось бы их прибить сейчас самым зверским способом, который видела по телевизору.
Серебряные цветы назывались нэрисе, в честь погибшей когда-то жены Тёмного бога. Они и правду обладают свойством туманить разум и показывать то, что человек больше всего желает. Странно, но на меня они не действовали, хотя Басти сейчас валялся на земле в форме звёздочки и блаженно вздыхал. Нет, ну что за хранитель такой! Хотя я отвлеклась. Жена Тёмного не погибла, её убила истинная этих двоих — Глиана, являющаяся по совместительству и создательницей этого мира. Она была кем-то вроде демиурга, а её мужья смотрителями мира. Но мир не может быть просто хорошим, для всего нужна обратная сторона. И тогда в этот мир решил переселиться Торий — Бог Тьмы, со своей женой Нэрисе. В прошлом мире мужчина был покровителем мёртвых душ, в этом же стал полноценным богом со своей паствой.
Они не были истинными друг другу, хотя Торий так не думал и считал девушку своей единственной любовью. Что думала на этот счёт сама девушка, история умалчивает, но раз она, через некоторое время после переселения начала подкатывать и пытаться соблазнить Найтэра — не очень-то и дорожила привязанностью мужа. Но Глиана своих истинных любила и не смогла смириться с подобными выходками обнаглевшей в конец Нэрисе. Последней каплей для богини стала попытка разорвать связь истинных и тёмный приворот на душу Бога Стихий. Карающие возмездие в лице одной разозлённой дамы, обрушилось на Нэрисе с мечами и великим желанием смерти. Но девушка так же имела навыки боя, поэтому драка была быстрой, но фееричной. Особенно когда один рогоносец почувствовал смерть избранницы. Тогда-то и началось всё самое интересное.
