Я тараторила, словно меня вот-вот съедят, пытаясь забить мозг отца не нужными сейчас подробностями. Мужчины слушали, открыв рты и только посматривали друг на друга. Наверное, они решили, что я удумала заговорить отца до смерти. Но я прекрасно знала, что его из такого состояния бешенства, способны вывести только наши с мамой голоса. Он всегда успокаивался, когда мы начинаем болтать, и даже если продолжает желать кому-то смерти, то только мысленно. Ну, или пока мы не уйдём от него подальше, чтобы не пугались.
— Мила, — тяжёлый вздох и усталое. — скажи мне, своему отцу, тебе что, одного не хватило бы для счастливой жизни? И почему они? Почему не люди? Я даже на цыгане не настаиваю, ты прекрасно прожила бы и с любым другим мужчиной. Уж я-то за этим проследил! — последнее он прошипел себе под нос, сжимая кулаки.
— Па, так тут нет людей! Я выбирала из того, что было и нашла самых лучших. Разве ты не рад, что твоя единственная дочь счастлива и ждёт на свет появления маленькой девочки? — последнее я произнесла с едва уловимой угрозой. Пусть только попробует ответить неправильно! Беременных злить нельзя. А уж когда она цыганка и полная копия своего отца…
— Конечно я рад, что у меня родится внучка! Она будет такой же прекрасной и доброй девочкой, как её мама! — преувеличенно радостно пробасил отец, но за своих неожиданных зятьков глянул недобро. — Но с… твоими…му. кхм… Мужьями, я поговорю. — было видно, как ему тяжело принять новых членов в семью, да ещё и таким составом. Но что бы от не думал понапрасну, решила перевести тему.
— Пап, так ты расскажешь, как очутился в этом мире? — я очень надеялась, что он не пропал прямо на маминых глазах. Что бы нам не мешали, решила отослать всех прочь. — Все свободны. Любопытствующих прошу покинуть покои, я хочу остаться со своей семьёй. И пусть кто-нибудь предупредит, чтобы обед накрывали на плюс одну персону, а ужин на плюс семь. — все разбежались, выполнять пожелания, оставив замершего лекаря в одиночку. Я приподняла брови, спрашивая, чего желает мой добрый, но пугливый эльфик.
— Молодая госпожа, вы сегодня переволновались. Приезд королевы, встреча с отцом. Позвольте мне, приготовить успокаивающий взвар. — он не спрашивал.
Просто ставил перед фактом, что сегодня я стану опять пить напиток, больше похожий на морс из лаванды. Улыбнувшись, такому проявлению заботы, кивнула. Динаэлю это всё что нужно было для счастья. В припрыжку, он убежал, не забыв прикрыть дверь. Которая, впрочем, сразу же распахнулась, явив нам моего встрёпанного хранителя.
— Знаешь, Басти. Мне иногда кажется, что если меня вдруг решат убить, ты в это время будешь прятаться от гончих или же слушать нотации своей жены. К нам сегодня королева решила наведаться, а ты в это время пытался улизнуть от Амелии и её подружек. — упрекнула кролика, что без зазрения совести припрыгал к моим ногам и протянул вверх лапки, желая, чтобы его маленького и бедного взяли на руки. Рядом оказался Сеер и не позволив мне поднимать тяжесть, самостоятельно усадил розовый комок на колени.
— Как ты смеешь так плохо обо мне думать?! Меня создали для твоей защиты, а после беременности, так вообще приказали тебя не покидать! — возмутился он, на что мы только хмыкнули, намекая, что кое-кто не справляется со своими обязанностями и рядом со мной только Мара. Если я думала, что Басти покраснеет и заверит, что больше никогда меня не бросит, то очень ошиблась. Этот паразит надулся и оскорблённой особой ускакал к журнальному столику, жрать из корзинки фрукты.
— Давайте перейдём в гостиную. — предложила, вставая и подавая руку оборотню. Её проигнорировали и с нежностью прижали спиной к себе, накрывая руками живот и питая нашу дочь магией, чем вызывал зубовный скрежет у отца. — Папа, не стоит злиться. Эти мужчины никогда не причинят мне вред и сделают всё, чтобы я и наши дети были в безопасности и счастливы.
Он не поверил — по взгляду поняла — но спорить не стал. Поднялся с кровати и первым направился на выход из спальни, подозрительно косясь на разговаривающего кролика. С удобством короля расположившись в кресле, он осмотрел моих мужей и вот готова поспорить, планировал сам их рассаживать, чтобы были подальше от меня. Но я, строго смотря на грозного родителя, под его чёрным взглядом, села на колени к Торию и положила его руку себе на живот, прося магии. Я чувствовала усталость и нам с малышкой требовалась подпитка папочки, чтобы не грохнуться в обморок и не проспать избиение истинных. Вбежавший в апартаменты Динаэль со стаканом взвара, сразу заметил состояние.
— Молодая госпожа, я так и знал, что вам станет плохо! Вы перенервничали и пытались снять проклятие, вам стоило бы отдохнуть! — запричитал Дин, кудахча вокруг меня словно наседка, пугая своим неоправданным беспокойством моих мужей и отца.
Папа внимательно наблюдал за столпившимися возле меня истинными, что постоянно что-то предлагали и ласково журили за нежелание идти спать, понимая, что мои слова были правдой. Но ему всё равно не нравилось, что их так много.
