В 7.00 выведите роту на Тшевскую дорогу и двигайтесь на север. В ваше распоряжение выделяется специальное подразделение разведчиков для выяснения наличия или отсутствия внеочередных передислокаций или подкреплений в Третьей немецкой армии. Донесение шлите, как обычно, с нарочным. На Тшевской дороге соединитесь со своим батальоном и следуйте вместе с ним на Гдыню. Не позднее 6.00 завтрашнего дня вы встретите роту Б, патрулирующую в противоположном направлении. Донесение отправьте с ней. Учтите, что мы не находимся в состоянии войны с Германией, и немотивированный инцидент может повлечь за собой серьезные последствия. Но в исключительных обстоятельствах вы полномочны действовать по своему усмотрению.
Капитан Андровский вывел роту А из Груденза в 7.00 на обычное двухдневное патрулирование вдоль восточной границы Польского коридора по дороге, идущей параллельно немецкой Восточной Пруссии. Уже несколько недель они патрулировали участок от Гдыни до Груденза без всяких происшествий.
Последний день лета в Померании выдался теплым, и когда рота А шла галопом на север, солдатам и в голову не приходило, что за много сотен километров от них, в далеком Берлине затевается что-то страшное. Перед ними расстилался тихий зеленый край, и, как все солдаты, они с нетерпением ждали, когда наконец попадут в ближайший город и сумеют повеселиться.
К вечеру 31 августа рота капитана Андровского заканчивала обычный объезд польско-прусской границы. Сделали привал напротив немецкого города Мариенвердер, разбили бивуак в роще неподалеку от дороги. Поужинали. Когда стемнело, выставили, как положено, караул, и Андрей собрал присланное в его распоряжение специальное подразделение разведчиков. Кроме обычных предписаний, Андрей получил от командира разведчиков устное донесение о концентрации немецких войск в районе Польского коридора, так что, кроме всего, патрулю Андрея надлежало еще и собрать сведения на этот счет. Особое подразделение разведчиков в составе десяти человек в штатском и без оружия получило задание проникнуть на немецкую территорию в районе Мариенвердера и вернуться до рассвета. Добытые сведения следовало передать с ротой Б.
* * *
31 августа 1939 г.
Совершенно секретно.
Командующему вооруженными силами.
Приказ 1.
...Принимая во внимание невозможность решить мирным путем нетерпимое положение на восточной границе... наступление на Польшу развить согласно ”Белому плану”...
Дата наступления: 1 сентября 1939 г.
Время наступления: 4.45.
* * *
Пока рота А спала в роще в Польском коридоре, южнее на несколько сотен километров, там, где немецкий город Глевиц и польский город Катовицы смотрят друг на друга, миру был положен конец.
Немецкие войска СС, переодетые в польских солдат, перебрались на польскую территорию, перешли границу с Германией и взорвали свою же радиостанцию в Глевице. Так, по нацистской логике, появилась причина ”легализовать” войну.
* * *
Когда младший сержант Стика произвел побудку в роте А, солдаты не подозревали о существовании ”Белого плана”. Для них начинался очередной скучный день несения службы. Вставали неохотно, ворчали, переругивались.
Капитан Андровский и младший сержант Стика спали в эту ночь в полглаза, ожидая возвращения разведчиков. Получив от них сведения, Андрей составил следующее донесение:
”1 сентября 1939 г.
Командиру 7-го уланского кавалерийского полка. Груденз.
Из роты А, патрулирующей вдоль границы.
Минувшей ночью рота А расположилась на позиции Л-14, напротив Мариенвердера. В соответствии с устным приказом местность была прочесана специальным подразделением.
В районе наблюдается необычное скопление немецких сил. Кроме боевых единиц, обнаруженных нами ранее, имеется еще два полка бронепехоты и, по крайней мере, часть танковой дивизии.
В 3.00 два батальона этой танковой дивизии вышли из Мариенвердера в южном направлении, видимо, для передислокации.
Рота А сегодня продолжит движение дальше на север. Мы надеемся встретиться с ротой Б вечером в Тшеве.”
Андрей сложил донесение, но тут же снова развернул его, словно кто-то толкнул его в руку, и внизу приписал: ”Да здравствует Польша!”
Подъехал младший сержант Стика и отдал Андрею честь.
— Рота завтракает, господин офицер. Через полчаса можно выступать.
— О роте Б еще ничего не слышно?
— Никак нет, господин офицер.
Андрей посмотрел на часы и удивился: половина шестого, а крайний срок встречи 6.00.
— Роте оседлать коней и приготовиться.
— Есть, господин офицер.
Выйдя на опушку рощи, Андрей долго и тщетно всматривался в пустынную дорогу, надеясь увидеть клубы пыли или услышать долгожданный конский топот. 6.00. Последний срок миновал, а рога Б не появилась. Андрей вернулся к бивуаку.
— Стика! Пошли ко мне капрала Тировича.
— Есть, господин офицер.
Лучший нарочный роты доложился.
