– Я не… – Пит выпучил глаза.
– Именно так ты и сказал. Прибежал ко мне, отказываясь подать официальный рапорт, но пытаясь прикрыть собственную задницу, просто на всякий случай.
Крыса. Они оба. Суетятся, перешептываются за ее спиной. И тем не менее Джинни подавила гнев. Как всегда.
– Все это никоим образом не меняет случившееся в хижине.
– Или то, что чутье правильно подсказывало Джинни, что дело не закрыто, – подхватил Пит.
Нельзя сказать, чтобы Джинни простила его за это небольшое шоу поддержки. Нет. Вероломство, прихоти Чарльза против ее чутья… это нужно еще обдумать. Не сейчас, дома. Она поговорит с Роландом, а потом, возможно –
– А что произошло в той хижине? Нам известно? – Чарльз подался вперед, сцепив руки перед собой. Это его серьезная поза «я здесь главный». Он прибегает к ней, когда хочет наорать. – Мне снова кажется, что мы во всем верим на слово Лайле Риджфилд. Нам приходится, потому что она провела нас по всему делу.
В этом он не ошибается. Джинни до сих пор грызло, что они подоспели на место только к окончанию стычки, не зная, о чем эти двое говорили и из-за чего сцепились.
– И что вы предлагаете?
Чарльз сосредоточился на ней. Насупился, вздохнул и разыграл полную версию представления «Я в гневе».
– Я говорю, что, независимо от того, был бы Пит в той хижине или нет, дело окончилось бы тем же самым. Дав больше вопросов, чем ответов. С двумя покойниками и женщиной, которую общественное мнение превозносит как героическую мстительницу. Она неприкасаема.
– Я это переживу, – Пит пожал плечами.
– О, в самом деле?! – Голос Чарльза стал громче. – Видите ли, я дал приказ. Я пришел к взаимопониманию с полицией штата и ФБР, а вы двое его нарушили.
Вот оно. Истинная причина всего этого разноса на виду у всего забитого народом офиса.
– Эта нотация за то, что мы выставили вас в дурном свете перед вашими важными друзьями? – осведомилась Джинни.
– Я тут главный, а не вы. Вы меня поняли? – И даже не дал времени на ответ. – Ну?
– Да, сэр, – выдохнул Пит.
– Да, – сказала Джинни, даже не закатив глаза, что сочла громадным достижением.
– Вы оба в отпуске. Не желаю видеть никого из вас неделю. И ни слова прессе или той бабе с подкастом. Докажите, что можете исполнять приказы, или будете уволены. – Уставившись на свой стол, Чарльз удостоил их взмаха руки, будто прогоняя: – Проваливайте.
Выйдя из кабинета, Джинни прошла полпути до кофе-машины, прежде чем ее остановил голос Пита.
– Джинни…
Обернувшись, она увидела написанную на его лице панику. Сдвинутые брови и наморщенный лоб. Пора брать на себя роль старшей – снова.
– Всё в порядке.
Чертыхнувшись, Пит подступил на шаг ближе.
– Нет.
И в самом деле, не в порядке. Может, и не будет никогда.
– Нам вместе работать, Пит. Политики приходят и уходят. Они не выходят в поле и не подставляются под пули. Это делаем мы. И мне нужно, чтобы я могла тебе доверять.
– Можете.
– Чертовски непохоже. – Она хмыкнула.
– Я напортачил, но теперь до меня дошло.
Вряд ли.
– Что дошло?
– Лайла. Ваша реакция на нее.
– А-а, – она скрестила руки на груди. – Не поняла, что ты пытаешься мне сказать. Объясни.
– Увидев ее там, вцепившуюся в ту отвертку… Словно она думала, что стоит отпустить и Джаред восстанет из мертвых и набросится на нее снова.
Джинни живо представляла это. Ее там не было, но она без проблем пережила этот момент вместе с ним.
– Наверное, в глубине души она в это верила. – Страдальческое выражение лица Пита вынудило ее развить мысль: – Вообрази себя на ее месте. Представь, что предательство отца погубило всю твою жизнь, потому что он сотворил такое, что хуже и вообразить нельзя. Потом его поступок отнял у тебя мать, непоправимо подорвав твое доверие к людям и чувство уверенности. А потом твой муж снова ставит твою жизнь с ног на голову, а тот, кого ты считаешь единственным заслуживающим доверия – твой деверь, – оказывается худшим из всех.
Ему хватило ума скривиться даже от этого сухого изложения фактов.
– И как подобное действует на человека?
– Ломает. И, если не получит помощи, он может стать более уязвимым для срывов. – Так говорится в заметках Райана. Лайла так и не сжилась с чувством утраты. Загнала его вглубь, игнорировала, а ПТСР гнойником вызревал внутри, пока ее восприятие реальности и того, в чем она нуждается, не исказилось окончательно.
Он присвистнул.
– Так, и что теперь?
– Ничего. Несколько дней посижу дома, буду доставать мужа и сына.
– Да никогда! – Он фыркнул. – Постойте, вы серьезно? Вы правда сдаетесь?
Раз доверия не стало, делиться мыслями с Питом следует очень аккуратно.
– Ты же слышал босса.
– С каких это пор вы следуете приказам?
В этом и суть. В прошлом она уже поплатилась за это. Жена миллионера поплатилась за это. К этому делу она подошла с другой стороны, потому-то отойти в сторонку настолько трудно.
– Я не стала терять работу из-за Аарона и Джареда Пэйнов. Не стану терять ее и из-за Лайлы.
– Я совсем не то ожидал от вас услышать.
– Я усвоила урок, – Джинни чуть не улыбнулась, вообразив реакцию мужа, скорми она эту реплику ему.
