Что касается Лауры, она сообщила о некоторых слухах, которые ходили среди посетителей Центра. Обитатели подземелий стали поговаривать о том, что там, внизу, уже не так безопасно, как раньше. Уже некоторое время существовал риск натолкнуться на вооруженных людей, бродящих вокруг «Отеля Инферно», избивающих местных и задающих им странные вопросы. Меццанотте предположил, что это еще одна из тех бесполезных облав, с помощью которых полиция делала вид, что наводит порядок на вокзале.
На третий день ему позвонили из «Виллы Летиция». В ту ночь в дом престарелых кто-то вторгся. Ничего ценного украдено не было, но кто-то перевернул сверху донизу офисы и архив. Как и ожидалось, Вентури и его люди пытались исправить ситуацию, но остались ни с чем.
Четвертое письмо, отправленное Меццанотте и Карадонной заместителю квестора, имело явно устрашающий тон. Отправитель требовал денег, обещая взамен держать рот на замке по поводу его преступлений. Он велел Вентуре дать объявление в газете «Корьере делла сера», дав, таким образом, согласие на начало переговоров о способе доставки откупных. Если в течение трех дней на странице некрологов не появится следующий текст: «В память о Т.К и А.М. Молчание – золото», шантажист предаст всю имеющуюся у него информацию огласке. Это был решающий момент, чтобы выяснить, попался ли Вентури на крючок и, следовательно, есть ли надежда, что план сработает.
На шестой день Меццанотте и Генерал снова встретились, чтобы рассказать друг другу о последних событиях. Старик сообщил, что один из его людей пропал без вести более двадцати четырех часов назад. Он так и не вернулся с патрулирования. Генерал считал его надежным, но он пробыл с Сынами Тени слишком мало времени, чтобы иметь возможность доказать свою верность делом. На вопрос Рикардо о том, насколько это серьезно, старик ответил:
– Трудно сказать. Люди в поселке чувствуют, что наступают плохие времена, они взволнованы и подавлены. В подобных обстоятельствах могут быть дезертиры. Это уже случалось в прошлом, и без серьезных последствий. Беглец покидает вокзал из страха перед нашим возмездием, и даже если он что-то расскажет наверху, его слова не примут всерьез.
Когда Рикардо спросил Генерала, достиг ли он какого-либо прогресса в переговорах с Маман по вопросу о взрывчатке, тот объяснил, что, прежде чем пытаться решать этот вопрос напрямую, нужно сначала привлечь на свою сторону как можно больше основателей общины, убедив их, что в обмен на определенные гарантии они могли бы рассмотреть возможность мирного выхода из подполья и возвращения на поверхность. Таким образом он придаст больше веса своим требованиям. Пока же важно избежать нападения людей в черном.
Этот разговор не успокоил Меццанотте, скорее наоборот. В уравнении было слишком много неизвестных и переменных, чтобы он мог надеяться удержать все под контролем. На карту было поставлено очень многое, и все зависело от успеха его плана. Уверенности не было никакой, поскольку Вентури все еще не ответил на предъявленный ему ультиматум.
На седьмой день – последний день ожидания – небо только начинало светлеть, а уличные фонари еще горели, когда Меццанотте расположился у газетного киоска под домом. Как только грузовик выгрузил посылку со свежеотпечатанными экземплярами газеты, он схватил один из них, даже не дав хозяину киоска времени поднять ставни, и тут же начал листать.
Среди некрологов появилось объявление Вентури.
Ежик волос, ледяной взгляд, лицо с чертами, казалось высеченными из камня: человек, которого Карадонна представил ему как Мауро Траверсо, производил впечатление человека с железной волей, знающего свое дело. Он уже был должным образом проинструктирован, но Меццанотте все же предпочел повторить установки еще раз.
Затем Траверсо подошел к столу и взял лежавший там одноразовый мобильный телефон, купленный в китайском магазине, где обычно «забывали» спрашивать удостоверение личности при покупке. Аппарат еще ни разу не использовался, и они уничтожат его, когда закончится телефонный разговор. Под взглядами Меццанотте и Карадонны Траверсо набрал номер, написанный на листке бумаги, лежащем на том же столе.
В абсолютной тишине, царившей в кабинете, отчетливо прозвучали сигналы свободной линии. Когда на шестом звонке Вентури наконец ответил, Рикардо и Томмазо придвинулись вплотную к Траверсо.
– Алло? Кто говорит?
– Доброе утро, Марио Росси, – твердым голосом сказал фальшивый шантажист. – Наконец-то я имею удовольствие говорить с вами…
– Послушайте, меня зовут не…
– Нет, я это прекрасно знаю, – прервал его Траверсо, – вас зовут Дарио Вентури. Но вы использовали это имя в одном конкретном случае. Я думаю, вы помните, в каком…
– Это вы мне скажите.
– Навестить постояльца в одном доме престарелых.
– Послушайте, я не знаю, кто вы и почему беспокоите меня, но мне нечего скрывать.
