Юнхо кивнул парням из автомастерской, проводил взглядом свой джип, надежно пристегнутый ремнями к платформе, и вошел во двор. Закрыв калитку на засов, он поднялся в дом. Джеджун выгружал бутылки из пакета. При виде мужчины он несколько стушевался, вжал голову в плечи и опустил глаза. Его уши пылали. Юнхо с улыбкой подошел.
— Необычно видеть тебя смущенным.
Джеджун не сразу нашел в себе смелость взглянуть на него. Его сердце билось о ребра, как сумасшедшее. Воспоминание безумной пытки, которая скручивала его естество тугим комком, сводила с ума и заставляла пошло стонать, а после яркое высвобождение, от которого едва не лишился чувств, заставляли его щеки гореть. Он влюбился в мужчину окончательно и бесповоротно, так сильно, что сам испугался.
— М-мы теперь без машины? — язык еле повиновался ему.
— Да. Но если взять в аренду тачку, успеем привезти маме кимчи до того, как им стукнет три года.
— Что если… — Дже запнулся, решимость и открытость, свойственные ему, куда-то подевались. — Если мы сами их съедим?
Пальцы Кима потянули маленький язычок на упаковке бутылки. Юнхо проследил взглядом за этим, молча отошел к шкафу и вынул штопор. Вернулся к столу, отдал инструмент Дже, позволяя ему управлять ситуацией.
— Бокалы?
— Не успел купить, — мужчина обошел Кима, очутился за его спиной.
Его удивляло поднявшееся влечение к Джеджуну, словно бы гончий пес учуял животное и больше ни о чем не мог думать, только о том, чтобы мчаться по горячему следу и настигнуть жертву. Что-то подобное он чувствовал, когда сох по Квону, но не мог даже представить себе распускать руки. А сейчас мог трогать не только руками, но и губами. Дже нравился ему, этого невозможно было отрицать. Так, что это могло перерасти в нечто большее, в нечто нерушимое.
Джеджун не имел сноровки в открывании бутылок, к тому же волновался, а потому штопор вошел в пробку криво и заскреб по горлышку бутылки. Когда шею взволновало чужое дыхание, он едва не вскрикнул.
— Волнуешься? — Юнхо медленно протянул руки так, что парень оказался в ловушке, дотронулся до бутылки. Его пальцы ловко выправили штопор и вогнали глубже в пробку.
— Д-да.
— Не бойся, я ничего тебе не сделаю.
— Но я… — Джеджун встрепенулся. Обернувшись, он уставился Юнхо в глаза, выдохнул еле слышно, — … хочу.
— Нам необязательно торопиться.
На лице мужчины отразилось напряжение. Секунда — и пробка с легким чпоком выскочила наружу. Юнхо подхватил бутылку, поднес к парню так, чтобы тот мог ощутить аромат. Ким послушно вдохнул.
— Глотни.
Дже исправно выполнял указания, и Чон почувствовал, как от подобного молчаливого повиновения он начал возбуждаться. Джеджун поморщился, когда сладко-кислое вино ухнуло в желудок, однако от него внутри разрослось приятное тепло.
— Еще немного, — Ким сделал еще пару глотков. Тогда Юнхо пригубил сам, потом отставил бутылку. — Пусть немного подышит. Пойдем.
Джеджун, как утенок, двинулся за мужчиной, даже не спросив, куда идти и зачем. Очутился в ванной комнате.
— Раздевайся, — мужчина принялся настраивать воду, чтобы приятно обжигала, но не ошпарила. Обернулся, когда шуршание одежды стихло. Дже стоял, в чем мать родила, только на ноге болтался датчик. Руки держал по швам, видно было, что не знает, куда их деть от волнения, и все же не прикрывался стыдливо, хоть щеки заливал румянец. Мужчина стянул футболку и штаны, оставив только трусы, уместился на край ванны. Взял ручной душ, переключил воду, и та заструилась по его обнаженным бедрам. Он оборудовал пол в ванной комнате водостоком, чтобы мыть собаку и чистить одеяла из клеток.
— Иди ко мне.
Джеджун хотел сказать, что может сам вымыться, но слова застряли в горле. Он ухватился за протянутую к нему ладонь, чтобы не поскользнуться, шагнул ближе. Тут же обхватил мужчину за шею, а тот свободной рукой дотронулся до его бедра, потом скользнул ею на задницу. Дже зажмурился — ему было стыдно от того, что его, как маленького, подмывал кто-то другой.
— Будь другом, дай мне мыло.
Джеджун дотянулся до бутылочки с жидким мылом, и через пару секунд ароматная пена покрыла его гениталии и ягодицы. Юнхо поймал себя на мысли, что стекающие по ногам парня мутно-белые ручейки выглядят неоднозначно.
— Холодно?
— Нет.
Джеджуна мелко потряхивало, он непроизвольно развел ноги шире, чтобы мужчине было легче его мыть. Когда пальцы скользнули ему между ягодиц, а один надавил на поджавшийся анус, Дже вздрогнул. Чон тут же поднял на него глаза.
— Все в порядке?
— Эт-то обязательно? А-ааах!
Увлажненный пеной палец медленно заскользил внутрь, и Дже навалился на Юнхо, прижал его голову к своей груди. Сильной боли не было, скорее дискомфорта добавляли смущение и собственный стыд.
— Если не подготовиться, будет больно, — мужчина вывернул голову и ухватил губами сосок, который упирался ему в щеку, стоило только Дже прильнуть. — А я не хочу навредить тебе.
