Крон — герцог Тариш имел волшебное зеркало, по которому можно было смотреть и изменять (!) какие — либо события. Кроме этого оно показывало прошлое, что очень помогало при рассмотрении спорных вопросов и поиска виновных. Классная штучка, ничего не скажешь. Иметь такую, и все суды можно было бы сразу позакрывать. Все равно там по большей части решения принимаются методом тыка.
Второй претендент, удостоившийся внимания Фара — барон Цегорт. Он обладал камнем Сна. Если такой камешек активировать, то он усыпляет все живое в радиусе пяти километров, кроме тех, кто в это время держится за это снотворное. Тоже неплохая штучка, только применение у нее несколько однобокое. Но с другой стороны, в борьбе с шумными соседями, вещь просто незаменимая!
Вот такие женишки у меня.
Ну, как вам сказать, уродов и дряхлых стариков среди них не было, но и мужчины моей мечты тоже. Это я и сказала Фару. Он на это мое замечание только тяжело вздохнул и покачал головой, намекая на мою недальновидность.
Играла негромкая музыка (из каких — то скрытых динамиков, оркестра или ансамбля песни и пляски нигде не было). Народ, разбившись на кучки перебирал последние сплетни. Скучно — о. Я медленно оглядывала зал, соображая как бы отсюда срулить и чем заняться после.
И тут вошел ОН. Если бы я смотрела киношную версию этого события, наверняка за кадром сейчас зазвучали бы фанфары. Да — да — да — дам. Ну, или что — то подобное.
— «Ты — ты — ты, ночью и днем,
Ты — ты — ты, в сердце моем…» — пропела я, глядя в конец зала.
Там в двери только что вошли четыре парня — все милы, как на подбор, из которых один привлек мое «величественное» внимание. У него были темно — русые волосы и такие глаза… Жаль, цвета их не видно с такого расстояния.
— Что — что? — переспросил пушистый Фарик, пытаясь проследить за моим взглядом.
— Это кто? — в свою очередь спросила я.
— Молодые люди у двери, которых ты так бестактно разглядываешь? Это четыре брата — Берглы. Летуны, короче. Они приглашены только потому, что вроде как волшебники, ОЧЕНЬ низкого уровня. — добавил нан с нажимом. — То есть, у них нет волшебной силы, просто они кое — что умеют — летать.
— И что, что ОЧЕНЬ низкого уровня. — эхом откликнулась я, еще более «бестактно» разглядывая одного из братьев.
— А то, что ты не можешь выйти замуж ни за одного из них.
— Это еще почему?! — перевела затуманенный взгляд на клыкастую морду.
— По статусу, положению и уровню волшебства они не могут быть претендентами на твою руку.
— Кто сказал?!!
— Закон. Негласный.
— Ну и чихать на этот закон, тем более негласный. Ты что книг не читаешь, телевизор не смотришь? Сейчас законов нет! А если и есть, то они настолько гибкие (особенно для лиц высокого положения, то бишь меня в том числе), что грань между «можно» и «нельзя» едва заметна. «Каждый суслик в поле агроном!». Демократия! Во.
— Ну и что, что «демократия», это она у вас там, в вашем мире. А здесь Совет и он не позволит что — то менять.
— Кто главней, я или Совет?! (наверное, я сейчас выглядела смешно — вы когда — нибудь ругались с собакой, пусть даже большой?). И вообще, отсталые вы тут. С сегодняшнего дня буду вводить прогрессивные идеи и реформы. А всех кто против, буду испепелять своим взглядом или отправлять в свой мир, набираться новых реформистских взглядов на жизнь.
— Ага, если бы ты еще это могла, а то силу до сих пор не пробудила. — фыркнул этот мерзкий зверек.
Я грозно взглянула в его сторону и демонстративно направилась к объекту своего наблюдения. Шла я не очень быстро, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Здоровалась и раскланивалась со встречными гостями, которые, большей частью, даже не подозревали с кем «имели честь» так близко разговаривать. Фар, немного отстав, шагал за мной.
— Добро пожаловать на бал. — подойдя к летуну, голосом хозяйки начала свою «величественную» речь. А, глаза у него с — и–инии.
— Привет! — просто ответил он и улыбнулся.
«Ой, держите меня семеро…». Какая улыбка! Похоже, я лечу прямо в пропасть, название которой «любовь». Причем без тормозов лечу!
Я взяла себя в руки. Самый обычный парень, здесь, вау!
— Вот это да, я уже и не думала кого — то нормального встретить в этом зоопарке. — весело сказала я и, посмотрев в сторону Фарчика, примирительно мысленно добавила, — «Без обид?»
— Я тоже так думал и вижу, что ошибался. Мои братья вытянули меня посмотреть на эту «шокирующую Миледи», кажется, ее так прозвали, — мои брови поползли к переносице, а Фар (бяка) усмехнулся. — Но тут такой подарок судьбы — прелестная девушка! — продолжил он, а я тут же оттаяла. — Кстати, меня зовут Серг — летун.
— Ми… Спелая апельсинка, очень приятно.
— Это имя или прозвище?
— Привет! — избавив меня от ответа, к нам подскочил второй из братьев. У него были черные волосы и темно — карие глаза с хитрым прищуром. — Я — Ленд. А ты?
— Апельсинка, спелая.
— Оригинально и очаровательно! А ты не менее очаровательна!
— Кх — кх. — послышалось со стороны Серга.
