Через несколько дней после того, как великая жрицы явила первое за сотни лет пророчество, с неба стали сыпаться звёзды. Позднее данное событие, получившее великое множество названий, из которых наиболее популярным, и потому сохранившимся, стало «Белый звездопад», изображали на всевозможных гобеленах. Многие рыцари рисовали его на своих щитах. Образ падающей звезды сделался настолько популярным, что несколько лет за право использовать его в качестве своего знака проводился рыцарский турнир. Позднее «падающая звезда» превратилась в устоявшийся геральдический символ, который знаменовал «великое обновление».
И действительно, появление воинов, которые освоили силу новоявленной «рыцарской стали», знаменовало начало новой эпохи. Сперва рыцарей стало сильно меньше — многие из них погибли в дуэлях за рыцарскую сталь или в попытках впитать последнюю в своё сердце, — но те, кто выжил, обрели великую силу. Некоторые называли их Звёздные рыцари. Другие — Рыцари Белого Духа. Последнее название было спорным, ибо требовало благословение Белого храма. С неистовой силой обрушили они свою ярость на всевозможных гремлинов, гоблинов, василисков и прочих ужасающих монстров.
Впервые эльфы стали побеждать в неравной битве. Впервые великаны, которые прежде пожирали целые деревни, уходили не с набитым желудком, но огромной зияющей раной. Причём со временем рыцари становились всё сильнее. Более того, чем более яростно они исполняли волю Белого Духа и сражались против монстров, тем быстрее возрастали их силы. Все разумные эльфы разумеется заключили, что в этом выражалась священная воля белой птицы, и с неистовым упорством ринулись на защиту обездоленных.
Первое время после звездопада было золотой эпохой. Эпохой надежды.
А потом и сами монстры начали становиться сильнее. Это было неминуемо. Ведь популяция стала расти, более того, она стала сильнее верить в ужасающих тварей, ибо теперь при встрече с монстрами эльфы намного чаще выживали. Вскоре все эльфийские королевства превратились в огромные пастбища, на которых рыцари, пастухи, пасли орды всевозможных крылатых, мохнатых и чешуйчатых тварей.
Прошли годы, и наконец образовалось подобие баланса. Равноденствия. Популяция возрастала не очень быстро — ибо иной раз деревни всё равно сжигали всевозможные драконы, — но увеличивалась. Число самих рыцарей тоже возрастало. В общем, всё случилось именно так, как этого хотел Александр.
Природа силы веры, которая приводила к созданию всевозможных мифологических монстров, не позволяла им полностью уничтожить эльфийскую цивилизацию. Баланс был неминуемым, и тем не менее Александру хотелось «увеличить вес» на обеих чашах этих своеобразных весов. Чтобы и эльфов оставалось приличное количество, и фэнтезийные монстры никуда не исчезали. В этом отношении рыцари служили прекрасным противовесом.
Сперва они действительно посвящали всё свое время истреблению монстров.
Затем, однако, вместе с образованием равноденствия у них стали появляться другие приоритеты.
В период междоусобиц, который последовал сразу после распада Белой империи, рыцари представляли собой воинскую касту.
После воцарения мира на континенте они остались не удел. Тогда же стали появляться первые рыцарские ордена. На словах рыцари были защитниками справедливости — на самом же деле данные организации были необходимы в первую очередь им самим. Только вместе они могли противиться неумолимому давлению всё более сильного центрального правительства. Если бы не появление монстров, быть может, рыцарская каста совсем исчезла; государство поглотило бы последнюю и ступило на путь просвещённого абсолютизма.
Однако монстры появились.
Рыцари нашли себе занятие.
Но и тогда они были не более чем инструментом в руках королей. Пушечным мясом…
Рыцарей использовали в качестве пушечного мяса; продолжительное время они находились в плачевном положении. Иной раз короли и лорды избегали использовать собственную гвардию для убийства монстров. Зачем, если всегда найдётся рыцарь, который сделает это за более чем скромную плату? Которую ему, быть может, придётся сдирать с самих крестьян.
Данное обстоятельство сильно портило репутацию рыцарей среди простого народа, даже несмотря на их геройства. Случалось, что после великой битвы крестьяне хватали вилы и убивали своего спасителя, чтобы не приходилось платить ему за работу.
Всевозможные ордены были нужды рыцарям для защиты.
В некотором смысле они напоминали профсоюзы.
А затем явилась рыцарская сталь, и положение дел резко переменилось. Ведь после этого силы рыцарей стали расти, причём с невероятной быстротой. Разумеется, многие лорды и короли тоже заполучили себе это ценнейшее сокровище, но сами они сильно уступали рыцарям — то бишь безземельных феодалам Римусам — в количестве, и намного реже воевали против монстров.
Когда первый рыцарь смог голыми руками забороть ужасного дракона, который захватил замок влиятельно феодала и устроим там своё гнездо, возник закономерный вопрос: а разве не может он точно также выгнать законного владельца?
