Тем не менее, если сюда пребывал вампир, он знал, что достаточно самую малость подвинуть непримечательный камень и сказать тайное слово, и тебе откроется длинный туннель, освещённый красными кристаллами из Мира Демонов; туннель этот будет вести в просторный подземный комплекс, который состоит из великого множество комнат, залов и каменных сводов. Некоторые из них, особенно обширные, представляли собой настоящие хоромы, в которых проживали влиятельные вампиры, «уставшие» от мирской жизни и потому решившие использовать данное место как своеобразный санаторий.
Либо — Дом престарелых.
Другие видели в нём убежище; многие вампиры, случайно раскрываю свою истинную природу, вынуждены бежать и скрываться. После этого, если только они снова хотят вернуться на земли Конгломерата Человечества, Белой Империи или любой другой обители смертных народов, им нужно придумать себе новую личность, найти новое имя и так далее, и тому подобное. Администрация Алой Утопии помогает им оформить документы, найти работу, прописаться в местном сообществе вампиров и так далее, и тому подобное.
Иногда сюда и вовсе доставляют караваны, в которых привозят ценнейшую эссенцию Розы Пустынь. С её помощи подпитывают машины для производства клонов.
До начала восстания даже самые нижайшие вампиры чурались пить клонированную кровь. Они считали это ниже своего достоинства, и потому что, таинственным образом, она была не очень питательной, отчего продолжительная «синтетическая диета» приводила к постепенному старению организма, и потому что у них не было недостатка в настоящей. Самые влиятельные из них и вовсе выбирали себе свои блюда: они поедали девственниц на завтрак, маленьких детей на ланч и взрослых мужчин — на ужин.
Однако теперь они не могли позволить себе такую праздность. Им приходилось выращивать клонов, чтобы прокормить себя в этой безжизненной пустыне.
В этом заключалась великая тягота их рода.
После востания некоторые вампиры предлагали пойти на мировую с простыми смертными. Найти компромисс.
Тем не менее, три причины делали невозможным подобное развитие событий.
Первой была великая ненависть, которую смертные питали к вампирам после Алого Буйства. Последняя постепенно сходила на нет, — хотя и довольно медленно — и тем не менее люди, эльфы и кролики уже привыкли опасаться представителей алого рода — ненависть стала частью их культуры.
Вторая причина — сами вампиры считали её предельно унизительной — была в том, что смертные не воспринимали их за отдельную расу. Они считали их «Больными». Безумцами, которых забрал ужасных вирус. Говорить с ними, с точки зрения людей, было всё равно что пытаться договориться с пациентами психушки.
Нет, существовали определённые заведения, где вампирам, которые были согласны признать себя больными, предоставляли «лечение». Их держали в темноте, позволяя только редкие прогулки на улице посреди ночи, кормили тщедушными пайками, почему они испытывали постоянную жажду и, если вампир «срывался», если он проявлял хотя бы малейшие признаки агрессии, его немедленно сжигали.
Это была не жизнь, но пытка, и сильные мира сего, великие предки алой расы содрогались от ужаса при одной мысли, что им придётся влачить подобное существование.
Наконец третья причина была, пожалуй, самой значительной.
Деревянный бог был против.
Вера в последнего была краеугольным камнем вампирского народа. Именно она сперва собрала их воедино, а затем позволила им не распасться на мириады разнородных фракций и сохранить единство даже после начала великой спячки Основателя.
Деревянный бог выражал свою волю посредством видений.
Он требовал послушания, смирения… и кровавые жертвы. Зато своим избранникам он даровал великую силу.
Именно вера в него поддерживала гордыню вампирской расы; они верили в Деревянного бога и в то, что рано или поздно возвысятся над простыми смертными. Что последний дарует им победу.
Деревянный бог был необычайно скрытым.
Его имя, Иур, было великой тайной вампирского рода.
Только сам Основатель и Алая жрица знали, где находится его священная обитель…
Местоположение Деревянного бога было величайшей тайной алого народа; она была настолько великой, что сам факт, что он где-то «был», знали немногие. Только Алая Жрица смела навещать его и была столь трепетной и осторожной во время своих визитов, что лишь одна вереница следов соединяла местоположение портала и великое древо.
Но вот рядом с ней появилась другая.
Александр посмотрел на дерево, огромные ветви которого напоминали крылья летучей мыши, и спросил: всё ли в порядке? Дерево захрустело и открыло посреди ствола огромный красный глаз, который тут же налился цветом перламутра.
Иур был Маргулом.
И не простым, но умеренно обособленным.
