После нескольких лет зависимого существования дела «Экспо» наконец поправились — в основном благодаря субсидиям, полученным за беседы со школьниками о вопросах демократии, а также и за репортажи РАКСЕН[11] для ЕЮМС (European Union Monitory Center) о преступлениях расистов и расовой дискриминации в различных областях, к примеру в предоставлении жилья и рабочих мест.
Освободились еще две ставки, из них одна для Стига. Обновилась команда сотрудников. Все они были молоды, но обладали хорошей профессиональной подготовкой, а многие имели уже кое-какой журналистский опыт. Я занималась редактированием репортажей и их переводом на английский язык — эта хлопотная работа приносила нам позарез нужные деньги. Вспоминаю новогоднюю ночь 2002 года, когда мы провозились до утра с материалом, который обязательно должен был выйти 1 января. Многие журналисты ушли праздновать, а мы, «старики», остались, потому что номер надо было сдать в срок.
Все годы борьбы с крайне правыми течениями Стиг писал статьи, выводящие на чистую воду политические партии националистического толка, такие, как «Шведские демократы». Он стремился показать, что речь здесь идет не просто о банде безумцев, проникших в шведское общество со своими теориями и заговорами, а о настоящем политическом движении, бороться с которым следует политическими средствами. И сегодня сам факт, что эта партия просочилась в парламент, свидетельствует о том, что опасения Стига начинают сбываться…
Сделавшись корреспондентом «Серчлайта», Стиг стал жупелом для экстремистов. В 1991 году он, совместно с Анной Леной Лодениус, опубликовал книгу «Правый экстремизм». В книге описаны все группы и партии этого течения, начиная с их корней, партнеров в Европе, скандинавских странах и в США, и кончая методами насилия, которыми они пользуются. Это была первая исчерпывающая работа, посвященная экстремизму. Одна из упомянутых в ней организаций, БАС («Белое арийское сопротивление»), издавала журнал под названием «Сторм» («Шторм»), со страниц которого изливались призывы к насилию, окружаемые неким романтическим ореолом. Семеро из членов этой организации в сумме были приговорены к двадцати годам тюремного заключения за кражу армейского оружия, разбойные нападения и убийства. В следующем году мы были встревожены известием, что сотрудники «Сторма» располагают адресом нашим и Анны Лены. Попасть в списки неблагонадежных к нацистам означало оказаться под ударом. Пока мы думали, как реагировать и как защищаться, тогдашний друг моей сестры сказал нам:
— В конце концов, мы все одна семья. Я наведаюсь к моему дяде, итальянцу, у него есть кое-какие связи в известных кругах, и он поможет решить проблему в корне.
Поначалу эта идея нам понравилась, особенно слова о большой семье. Затем мы призадумались: платить за помощь деньгами здесь невозможно, но в какой-то форме мы же должны будем выразить свою благодарность. И потом, искать преступников — дело полиции. И мы отклонили предложение, сославшись на то, что предпочли бы судебный процесс по всем правилам. Но надо сказать, я была в растерянности. В 1993 году «Сторм» опубликовал фотографии Стига и Анны Лены, с номерами социальной страховки, телефонами, адресами и местом работы. Насчет Стига там было сказано: «Запомните его слова, лицо и адрес… Дать ему продолжать или стоит им заняться?»
В то время кто попало мог добыть фотографию любого из граждан Швеции, явившись в полицейскую службу, ведавшую паспортами. В книге «Девушка с татуировкой дракона» Лисбет Саландер разъясняет, насколько легко собрать о человеке полную информацию: если кто-то фигурирует в базе данных, что для всех обязательно, он быстро попадает в паучью сеть. В следующем томе, «Девушка, которая играла с огнем», самой героине приходится менять место жительства, и она сомневается, стоит ли: «Если расстаться с этой квартирой, то придется заводить новый почтовый адрес. А Лисбет Саландер хотела как можно меньше светиться и мелькать в каких-то там базах данных».
Стиг прекрасно знал, какими методами пользуются журналисты, мужья, разыскивающие своих жен, сбежавших от домашнего насилия, детективы, а еще экстремисты и преступные группы. За свои угрозы «Сторм» подвергся судебному преследованию и был осужден, но на это потребовалось много времени. В 90-е годы более двенадцати человек погибли от рук преступников, связанных с нацистами. Только в 1998 году полиция безопасности Швеции (СЭПО)[12] зафиксировала более двух тысяч случаев агрессии на почве расизма, за добрую половину которых ответственны группы «белой власти», то есть воинствующие неонацисты.