Мы также очень хорошо знали все кафе, описанные в «Миллениуме». Одни служили местом наших свиданий после рабочего дня, как кафе «Анна» в Кунгсхольмене, в котором Микаэль в начале действия слушает по радио только что вынесенный ему приговор суда. В других, к примеру в «Гиффи» и «Ява», мы любили отдыхать после походов в художественные галереи на холме Хурнгатсгатан. А кафе-бар на Хурнсгатан, где Блумквист услышал по радио, что человек, покушавшийся на жизнь Лисбет, убит, вообще было местом общего сбора сотрудников «Экспо», ибо находилось в том же здании, что и редакция. Туда мы всегда заходили после посещений любимого книжного магазина, торговавшего феминистской и политической литературой, и ели восхитительные маленькие сэндвичи с сыром из нашего родного Вестерботтена. Кафе «Мельница», где Лисбет знакомится с участницами рок-группы «Персты дьявола», место веселое и шумное, и там подают замечательные фрикадельки. Было время, когда они исчезли из меню, но завсегдатаи запротестовали, и хозяину пришлось их вернуть.
И наконец, к нашим любимым местам, упомянутым в трилогии, относится домик в Сандхамне, куда Микаэль Блумквист удаляется «читать, писать и расслабляться». Мы всегда снимали на лето домик на архипелаге и мечтали построить такой же, но собственный. Он должен был походить на тот, что так подробно рассмотрела Лисбет Саландер: не более тридцати квадратных метров, обустроенных, как внутренность корабля, с большим окном, выходящим прямо на воду, и широким кухонным столом, где свободно можно было работать вдвоем.
Среди персонажей трилогии имеется немало реальных людей, которых Стиг поместил туда в знак уважения. Другие попали в текст благодаря какой-то своей особенности, привлекшей внимание автора. И наконец, есть персонажи полностью вымышленные, но кажется, что ты их узнаешь, что они существовали на самом деле. К примеру, мне написала одна женщина-врач, пластический хирург, убежденная, что именно она послужила Стигу прообразом доктора Алессандры Перрини, которая увеличивает грудь Лисбет Саландер.
Однако Микаэль Блумквист — вовсе не Стиг Ларссон. Он тоже без конца пьет кофе, курит и непомерно много работает, но на этом сходство кончается. Зато очевидно, что Микаэль воплощает собой образ всеми признанного многопрофильного журналиста, каким Стигу хотелось быть. У него есть свое мнение и своя политическая позиция, и он, как и сам Стиг, в своих суждениях несгибаем и неподкупен.
Можно задать еще такой вопрос: а не является ли Лисбет Саландер женской ипостасью самого Стига? Их явно объединяет пристрастие к нездоровой пище вроде замороженной пиццы или сэндвичей. Лисбет — гениальный хакер, непревзойденный специалист по добыванию информации. У нее фотографическая зрительная память, что позволяет ей с одного раза запоминать сложнейшие тексты, например трактат по астрономии сфер. Я уже говорила о необыкновенной памяти Стига, о его пристрастии к разрушению традиций и ненасытной жажде исследования. Некоторые детали, касающиеся мира хакеров, почерпнуты из книги Брюса Стерлинга «Хакер, которого взломали». У нас дома было много комиксов о Супермене и о Спайдермене, то есть о супергероях, которым Лисбет Саландер вполне могла приходиться младшей сестренкой. Что же до ее загадочности и фантастической предусмотрительности, то Стиг был таким же. Впрочем, как и все сотрудники «Серчлайта» или «Экспо». Им надо было защищаться.
В книге «Девушка, которая играла с огнем» Лисбет Саландер навещает в больнице своего давнего опекуна, Хольгера Пальмгрена. Они играют в шахматы и обсуждают весьма сложную партию, один из вариантов классической партии Ласкера. Стиг и мой брат Бьёрн с самого знакомства в 70-х годах сражались в шахматы. У Бьёрна очень много книг об этой игре, и в их числе описания партий знаменитого немецкого математика и шахматиста Эммануэля Ласкера. Стиг почти всегда проигрывал, но, поскольку сдаваться вообще было не в его характере, он никогда не отказывался от реванша. Уезжая в 1977 году в Африку, он написал в неофициальном завещании (о нем речь ниже), что, если он не вернется, мой брат должен унаследовать всю его библиотеку научной фантастики.
Многие полагают, что им известен прототип Лисбет Саландер. Одни уверяют, что это журналистка, ранее работавшая в «Экспо». Иоаким, брат Стига, считает, что это его собственная дочь, которая вела с дядей переписку по электронной почте. Впоследствии в интервью он уверял, что вся эта переписка, будто бы случайно, оказалась стертой с жесткого диска ее компьютера.
