– А я то думала – чего ты такой был в последние дни, – огрызнулась, передразнивая. И прошипела. – Почему ты ничего не сказал?!
– Потому что не было чего рассказывать! Я вдруг представил, как это может выглядеть со стороны и решил промолчать, чтобы ты не дергалась лишний раз – у нас и так все было не просто. Подумал, что сначала решу все, а потом объясню.
– А может ты мне просто не доверял? – уточнила зло и не менее зло дернула лапкой. Черт! Больно…Но Макс явно знал, что делал, когда привязывал – потому что желание стукнуть его по голове чем-нибудь тяжелым и скрыться от полиции в катакомбах Рима стало весьма ощутимым.
– А ты мне доверяла? – и он спросил это так… что я снова успокоилась. И немного стушевалась. И промолчала.
– Вот видишь. – он покачал головой, а потом… достал ключи и отстегнул мою несчастную руку. И укутал в одеяло. И посадил на колени.
Пожалуй, в таком положении продолжать разговор было гораздо приятней.
– Слишком быстро все у нас произошло… и неоднозначно. У меня со Снежаной ничего не было… в настоящем. Но у нас было общее прошлое. Я взрослый человек и у меня есть прошлое, понимаешь? Мы расстались приятелями, хотя оба отдавали себе отчет, что наш союз мог быть вполне успешным, даже в человеческом смысле. А она вернулась, и я только потом узнал, как её обнадежил дед. Не понял даже сразу, представляешь? Думал – подруга студенческих лет, потому с таким желанием ищет встреч. А оказалось, что её уже записали в мои «правильные» невесты. Я когда опомнился, Снежана была почти уверена, что я вполне… готов. Я даже не сразу нашел слова, как ей объяснить, что ничего не будет.
– С чего бы? Она красотка, богачка, умница… – буркнула ревниво.
– Угу. И даже в подметки не годится одной наглой и смешливой рыжей, – блондинчик снова вздохнул. – И вот те дни перед тем, как ты меня бросила…
– Я не бросала!
– Не спорь. Бросила. Во всяком случае чувствовал я себя именно так… Сначала Снежана закатила мне скандал, что ей, оказывается, дали ложную надежду. Потом Машка появилась – но на этот раз не для того, чтобы вбить в меня осиновый кол, а чтобы рассказать деду, что на самом деле произошло тогда. И что она беременна от своего жениха и поговорила с ним, и они… договорились таки до свадьбы.
– О. Рада за нее… – а ведь действительно рада.
– Я тоже… буду счастлив, если это позволит мне с ней больше никогда не видеться. И пусть на радостях тот проваленный контракт снова стал предметом переговоров, а Алексей получил такую выволочку, что можно было потирать руки, дед… пришел и объявил мне, что… либо кресло генерального либо наша свадьба.
– Я в курсе, – вздохнула.
– Я в курсе, что ты в курсе…
– Откуда?
– Просветила одна нелюбимая тобой блондинистая секретарша…И когда я узнал… это стало отправной точкой отсчета для понимания всего остального. И того, что ты сделала, и почему.
Вот на этом "почему" мне пока не хотелось заострять внимание…
– Что, она такая замечательна, что ты забрал её с собой, перейдя на новую должность?
– У меня нет никакой новой должности, – хмыкнул мне в макушку Макс.
Что?
Я кое-как выпуталась из одеяла и недоуменно на него уставилась.
А он независимо на меня посмотрел и тоже… выпутался. Потянулся, подтянул пижамные штаны, притянул телефон и даже набрал номер ресепшн…
– Макс! – завопила , не выдерживая его чрезмерно независимого вида. – Объяснись! Почему теперь-то ты не стал во главе компании?
– Два капучино пожалуйста, – объяснился он по телефону, даже не глядя на меня. – И два стандартных завтрака.
– Ма-акс… – это звучало угрожающе. Но ему хоть бы что!
– Хм, такое прекрасное утро…Жаль, на балконе прохладно. Расположимся в гостиной?
– Макс! – я тоже вскочила и топнула ногой. Потом вспомнила, что голая, и завернулась в простыню и… снова топнула ногой.
– Ты такая угрожающая в своей мантии, моя королева… – рассмеялся блондинчик и отправился таки в соседнюю комнату!
У-уу.
Я зарычала и бросилась за ним. Запуталась, конечно, в мантии этой своей и едва не убилась об косяк, но меня вовремя поймали надежные мужские руки.
– Ты такая дикая… – восхитился мужской голос.
– Четвертую, – пресекла дальнейшую пытку я. – Что произошло?
– Знаешь, почему я не пришел в ту ночь домой, когда ты была в офисе? Я пытался подобрать слова, чтобы спросить тебя…Что ты думаешь о нас. Потому что я так и не смог на что-то решиться сам, не будучи уверенным, что происходит между нами. На одной чаше весов была компания, которая и правда являлась моей мечтой, и победа в соревновании длиной в жизнь. На другой – смешная и невероятно сексуальная девушка, которая… ко всему относилась с легкостью. И вроде как ко мне тоже… Моя ошибка была в том, что я хотел быть уверен, что за тебя стоит бороться. И за это я и поплатился. Двумя месяцами моей… нашей жизни.
Стук в дверь прервал его монолог.
И пока нам сервировали завтрак, и я делала первый большой-пребольшой глоток восхитительного итальянского кофе, у меня было время подумать над его словами.
И хватило времени, чтобы появилась решимость сказать:
– Я ведь тоже оказалась не готова бороться… без гарантий.
– А сейчас?
