— Заблуждаешься, дорогой друг, сдается мне, что мы с тобой увидим эти «потаеннные корабли», топящие крейсера и броненосцы, лет через двадцать, а то и раньше. Дело только за хорошими аккумуляторами — то есть заряжаемые двигателем, работающим на жидком топливе, гальванические батареи большой емкости. Мина Уайтхеда уже есть, небольшое усовершенствование — и оружие для подводных миноносцев готово. Дай мне хороший двигатель, работающий на мазуте и электрический аккумулятор — и я построю тебе такой миноносец. Как тебе командовать эскадрой подводных миноносцев — будешь адмиралом Немо!
— Да я не против, давай пари, если через 20 лет такого корабля не будет, проигравший выпьет манерку морской воды.
— Идет, но не это главная угроза стальным гигантам. Мы говорили о подводном флоте, а как тебе флот воздушный? Только не воздушные шары, которые летят по воле ветра, а более солидные боевые машины, на зависящие от ветра и несущие бомбы с сотнями килограммов взрывчатки, больше, чем нынешние двенадцатидюймовые снаряды.
— Опять Жюль Верн, «Робур-завоеватель»?
— Нет, все вполне реально. Опять дело в легких и мощных двигателях внутреннего сгорания на жидком топливе. Если представить, что развитие пойдет по пути эволюции воздушных шаров то, присоединив такой двигатель к шару, мы получим управляемый аппарат легче воздуха, но способный нести боевую платформу и тонну бомб. А если развитие пойдет по пути аппаратов тяжелее воздуха, поднимающихся в воздух с помощью аэродинамической подъемной силы, то они будут быстрее и маневреннее таких улучшенных воздушных шаров.
— Извини, Саша, но я вижу вахтенного начальника и с ним второго штурмана, мне надо вахту сдавать. Давай как-нибудь потом продолжим этот интересный разговор?
Сандро «взяли в оборот» и я перешел на другой борт, там показался датский берег.
— Любуетесь замком Эльсинор? — раздался рядом голос вахтенного начальника.
И это сравнительно современное сооружение со шпилем и есть знаменитый Эльсинор? У меня после просмотра «Гамлета» со Смоктуновским сложилось впечатление о суровом средневековом замке, стоящем на берегу моря среди скал, а тут какие-то валы с зеленой травкой, низкая кирпичная стена, а за не что-то вроде загородного дворца в неоготическом стиле с большими окнами. Ничто не напоминает крепость, видимо от старого Эльсинора остался только фундамент…
— Как-то не похож он на замок, скорее на загородный дом, — ответил я.
Вахтенный сказал, что Дания — страна бедная и содержать старый замок в первозданном виде слишком дорого, поэтому он много раз перестраивался, да и вообще городок называется Хельсингер (это только у Шекспира — Эльсинор), а сам замок — Кронеборг, сейчас он вообще не принадлежит королевской семье, давно продан и является собственностью муниципалитета.
Дальше мы шли вдоль берега острова Зеландия, на котором, собственно и располагается Копенгаген, причем пролив Эресунн, отделяющий Данию от Швеции, сузился до 2 миль[3].
Пошел проведать Машу, она не любит просыпаться, если меня нет рядом. Сказал ей, что скоро мы бросим якорь в Копенгагене, столице Дании, здесь живут родители русской императрицы, а раньше жил сказочник Ганс-Христиан Андерсен. Оказалось, что Маша не знает сказок Андерсена, как мог и что вспомнил, рассказал ей про «Русалочку». Она ответила, что это грустная и красивая сказка и совсем не для детей, а для взрослых. Интересно, а бронзовая скульптура «Русалочка» уже установлена?[4].
Броненосец, вставая «на бочки»[5], довольно долго маневрируя и приноравливаясь к ним, так как бухта не была приспособлена для больших кораблей, но нам была оказана честь и мы швартовались в гражданском порту в центре города. Был еще в черте города и совсем старый порт, еще средневековый, но теперь там стоят только яхты, целый лес мачт которых был виден над крышами 2–3 этажных зданий, стоящих стена к стене. Потом подошел баркас с официальными лицами, я уж думал, что это — пограничники и таможня, проверят еще оружейку, а там десяток пудов старательского и казачьего золота. Оказалось, просто нас приглашают нанести официальный визит в королевскую резиденцию и уточняют количество приглашаемых. Приглашения получили все офицеры и я с Машей, поэтому вечером, нарядившись, мы отправились во дворец, для чего были поданы коляски, хотя ехать было совсем недалеко. Я был в парадном дипломатическом мундире со всеми орденами и бриллиантовой шпагой, в треуголке, которую надевал вроде как всего четвертый раз, Маша была ослепительно хороша в темно-синем вечернем платье с бриллиантовой диадемой.
