– Единственный минус, – продолжал Роджер, – это то, что он не сдает этот тент в краткосрочную аренду. Нам нужно держать его у себя как минимум три месяца. Однако, – поспешно добавил он, чувствуя, что ему могут не дать договорить, – нас это условие более чем устраивает, потому что трибуны вышли из строя на гораздо больший срок. К тому же у этого тента твердый пол и раздвижные перегородки, делящие пространство на секции, больше того, как представляется, он много основательнее и крепче обычного шатра.
– Слишком дорого, – возразил Кит.
– Даже дешевле, – сказал Роджер, – чем разбивать отдельные палатки для каждого дня скачек.
Марджори уперлась взглядом в меня, как будто там не было ни Роджера, ни родственников.
– Есть соображения? – спросила она.
– Нечего с ним разговаривать, – прорычал Кит.
Улыбка чуть заметно тронула губы Марджори, когда она услышала мои слова:
– Все четыре директора присутствуют здесь. Проведите заседание Совета и примите решение.
Дарт в открытую ухмыльнулся.
– Расскажите подробнее, – приказала Марджори Роджеру, и он, справляясь по своим записям, сообщил о площади тента и цене, присовокупив, что страховка за невозможность использовать трибуны с лихвой покроет затраты.
– Кто взял эту страховку и с кем? – поинтересовалась Марджори.
– Лорд Стрэттон и я, через страхового брокера.
– Очень хорошо, – твердо констатировала Марджори. – Предлагаю поручить полковнику заключить контракт об аренде тента на предложенных условиях. Айвэн поддержит мое предложение.
Загипнотизированный Айвэн произнес покорно и безропотно:
– А? Ну конечно.
– Конрад? – бросила Конраду перчатку Марджори.
– Ну… наверное, так будет правильно.
– Я против, – прошипел Кит.
– Заносим в протокол, – сказала Марджори. – Кит против. Полковник, звоните, пусть привозят тент.
Роджер покопался в моей записной книжке и позвонил Генри.
– Прекрасно сработано, полковник! – тепло похвалила Роджера Марджори, когда все было договорено. – Здешнее заведение не смогло бы просуществовать без вас.
У Конрада был побитый вид, Айвэн был просто сбит с толку, Кит выглядел убийственно.
Джек, Ханна и Дарт, игроки поменьше калибром, никак не выразили своих мыслей.
Затянувшемуся неловкому молчанию положили конец две подъехавшие машины, в одной сидели, как выяснилось, два старших полицейских чина с экспертом-взрывником, во второй – представитель местных властей с пышными усами.
Стрэттоны стадом перешли на открытый воздух.
Роджер провел ладонью по лицу и сказал, что служба в Северной Ирландии была куда легче.
– Думаете, у нас была ирландская бомба? – сказал я.
Эта мысль его явно поразила, но он все-таки покачал головой.
– Ирландцы хвастаются такими подвигами. А здесь до сих пор никто не каркнул. И не забудьте, взрыв не был направлен против людей. Ирландские террористы стремятся покалечить людей.
– Так кто же?
– То-то и оно, в этом весь вопрос. Не знаю. И, главное, это совсем не обязательно конец.
– А как насчет охраны?
– Я настропалил своих сторожей. Они посменно патрулируют теперь по всему ипподрому. – Он похлопал по радиотелефону у себя на поясе. – Они все время поддерживают связь с моим бригадиром. Если что-то кажется подозрительным, он немедленно связывается со мной.
Вновь прибывшие полицейские вошли в кабинет Роджера и представились старшим инспектором-следователем и сержантом-следователем. Сопровождавший их молодой человек с озабоченным лицом был несколько туманно и совершенно анонимно представлен как эксперт-взрывник, специалист по обезвреживанию бомб. Большую часть вопросов задал он.
Я отвечал ему очень просто, описал, где находился деткорд и как он выглядел.
– Вы с вашим сынишкой сразу узнали, что это такое?
– Мы оба видели это раньше.
– А как близко были расположены заряды друг от друга?
– Между ними было примерно три фута. В некоторых местах меньше.
– А какую площадь и насколько плотно он охватывал?
– Лестничную клетку и лестничные площадки по меньшей мере на двух этажах. Возможно, и больше.
– Мы знаем, что вы строитель. Сколько времени, по вашему мнению, ушло бы у вас лично, чтобы просверлить такие отверстия для зарядов?
– Каждую дырку? Одни стены были кирпичные, другие из заменителей камня, вроде шлакобетона, все оштукатуренные и покрытые краской. Достаточно толстые, все несущие, но очень мягкие. Вряд ли даже понадобился пневматический молоток. Отверстия, должно быть, были дюймов пять глубиной и дюйм в диаметре. Я мог бы сделать штуки две в минуту, если бы спешил. – Я замолчал. – Для того чтобы продернуть деткорд в отверстия и набить их взрывчаткой, определенно понадобилось бы больше времени. Мне говорили, что ее нужно обжимать и утрамбовывать, и очень осторожно, чем-нибудь деревянным, чтобы не возникло искр, например, ручкой швабры.
– Кто говорил?
– Взрывники.
Старший инспектор спросил:
– Почему вы так уверены, что стены были кирпичные и из шлакоблоков? Как вы смогли это определить, если стены были оштукатурены и покрашены?
Я попытался вспомнить, как все это было.
